Морис Роллина. Скалы

Виктору Гюго

Далёко от полей гречихи и пшеницы,
От мягкости лугов, от смутности болот,
Там, где у берегов кипит водоворот,
Стоят они - приют орла и медяницы.

Окостенелость их и апатичный вид,
Тысячелетий бег, увязший в их дремоте,
Молчанье мертвых душ и окаянной плоти
Смятение несет и ужасом язвит.

У основанья их сверкает в вечной склоке
Бурливая река безумием зеркал,
А зимнею порой жестокосердый шквал
Их пеной обдает и хлещет илом щеки.

Когда на них теплом зефир дохнет с высот
И запахом цветов наполнится округа,
Оружием грозя, зловещая гадюка
По трещинам камней неспешно проползет.

И мнится сквозь туман, что, стоя на стороже,
Им слушать надлежит таинственный наказ;
И зябко ощутим их взор, лишенный глаз,
И нет ушей у них, но скалы слышат всё же.

Они тревожат сон селений и лесов,
И в ужасе дрожат поля и буераки,
И словно крики сов, невидимых во мраке,
Рыдание плывет тоскливых голосов.

Неведомых зверей чудовищная стая
Глядит по сторонам, и грустен этот взгляд,
А солнце их палит, и молнии разят,
И ураган рычит над ними, не смолкая!

Одна скала - тесак, поднявшийся во рву,
На лезвии его - щербины, словно раны;
Грибы, трава и мох изъели истукана
И клонит он к земле уставшую главу.

Другая предстает ребристой крышкой гроба,
Поставленного как хранилище теней,
И вечно слышен там щемящий плач камней,
Что хвою на сосне доводит до озноба.

В пустыне вековой, согнув свои горбы,
Вздымаются они, грустны и сиротливы,
Терзают их тела лепрозные нарывы
И едкий пот невзгод им разъедает лбы.

Оригинал:
http://fr.wikisource.org/wiki/Les_Rocs