12

Кто пытался касаться руками тебя, до зари
доживали всегда, и не умер никто от мучений.
И играя тобой, о тебе заключая пари,
покупали, как вещь, без иллюзий, без ложных сомнений.
Вспоминали потом о тебе и могли говорить
без увечья для сердца, без нежности или без боли.
И пытаясь тебя еще раз оценить, повторить –
не свободы желали, а власти, корысти, неволи.
Изумлялись(?!), как безоговорочно, искренне ты
подчинялась желаниям тех, кого знала впервые.
Словно разом утратив однажды любовь и мечты,
в каждой связи искала объятия, руки родные.
Но никак не могла обрести, не могла потерять
эту память, тепло и уют, данный кем-то, когда-то.
Зная, скажет однажды мужчина в лицо тебе: «****ь»,
зная – с этим придется смириться и быть виноватой.
Понимая, что больше не будет на этой земле
оболочки, подобия, сердца, которое любит
лишь одну. И имея тебя на бильярдном столе
наконец-то сотрут твою память и душу погубят.
Наконец-то получится (может) однажды простить
и себя и того, кто коснулся тебя и без боли,
без увечья для сердца кому одному не прожить,
понимая, что медленно ты умираешь в неволе…