дОлги наша...

Услышав за окном порывы ветра
и бросив взгляд на синее с зелёным,
я сжал себя дыханием: в оконном
проёме ровно в пол кватратных метра

играли шум, и свет, и тень — из детства,
когда, балуя солнцем из-за крыши,
то чуть сильнее, то немного тише —
Бог листья теребил... Деля наследство

в который раз, смотрела баба Оля
за тем, чтоб мы оладушки сметали...
Испачкавшись в варенье и сметане,
мы не рвались от ужина на волю,

давясь сознаньем будущей потери
намного больше, чем горячим тестом.
Она же вслух обдумывала место
могилы, отпирая шкаф. И двери,

скрипя безбожно, открывали полку
со смертным — самым новым, самым лучшим,
припрятанным на этот самый случай,
в котором мы с сестрой не знали толку...

Потом садилось солнце, и от хаты
стелилась тень, и надо было к ночи
готовить двор, и как-то между прочим
всё усмиряли сумерки заката,

и детская скамейка на пороге,
и бабушка на ней, живого лета
покой, и речь, которая согрета
была грядущим днём и тем, что в Боге —

мы все и всё, и в этом — Божья милость...
Она жила, терпела и любила.
Прислали фото: памятник, могила...
Она со мною так и не простилась —

ждала, но говорила, чтоб не ехал
смотреть на смерть с другого края света...
Садится солнце, усмиряя лето...
Упрёк — в окне увиденное эхо...

                12 сентября 2010 г.
                22:05(Мск)


Рецензии
Долгие лета, всем нам... С уважением М.

Мартемьянов   13.09.2010 01:24     Заявить о нарушении
Да, — всем. Спасибо.

Александр Пахнющий   13.09.2010 01:34   Заявить о нарушении