Беспокойство

Страна, умирающая в кровавом омуте зла и лишений.
Страна, где очень много побед и свершений.
Страна, где победы - мгновенны, лишения – вечны,
А лучшие люди сидят в кабаках и беспечны.


Все это – Россия – страна потерянной веры, надежды.
Россия… Без царской пурпурной одежды.
Россия… Которую в век не понять вам, невежды!
Россия, которая жить будет вечно!


И пусть! Пусть время всегда скоротечно
Мы знаем: Россия воскреснет из мертвых навечно
И если бездарность какая-то  скажет беспечно:


"-Россия погибла… К чертям разлетелася вдрызг…"
Скажите ему, что под звоном шампанского брызг
Он сильно глупеет в своем идиотском сознаньи.
Скажите ему, что нельзя человеку в познаньи
Понять, что такое Великая Русь. Это ж созданье,
Которое не может умереть.

 
Потому что нельзя на Россию смотреть
Как на простого смертного… Это ж понятно ослу
И даже, быть может, французскому послу
Я не говорю уже об американском…
Ему то уж точно понятно о чем идет речь.
Поверьте, Россией нельзя пренебречь
Как какой-то Австралией или республикой Кубой.


И, пожалуйста, не говорите мне, что я – грубый.
Я просто говорю то, что есть, не заботясь о  последствиях.
Ведь можно же, хотя бы раз в году говорить то, что есть.
Ведь можно же, хотя бы раз в году забыть слово «лесть»
И говорить то, что есть. Не заботясь о будущих бедствиях.


... Вы не поверите, как это просто.
Даже смех берет. Кажется: становишься выше ростом
И плюешь на дипломатическую этикетку
Говоришь: - «Буржуев посадить в большую клетку
И сделать из них для народа котлетку».
- По-киевски? – Да. – отвечаешь. – По-киевски.
И снять все эти нелепые вывески,
Порочащие наш государственный строй.


И дальше… Ну, конечно,  не матом  крой,
А так – ласковыми словами… Создай им настрой.
Скажи им: - Господа, вы меня извините, но вас нужно убить,
Хотя Бог, впрочем, повелевает любить
И велит нам, рабочим, вас не губить,
Но уж великодушно простите: вас нужно убить.
Так, для разнообразия… Давно уж не убивали под Новый Год,
А тем более сейчас, когда много невзгод...


Гм… Ваша смерть будет отличным подарком для страны
И после этого рабочие наденут штаны
И не будут ходить с голой задницей по улицам Питера…


Вы спросите, как ложится на бумагу следующая литера?
Не знаю. Сложный вопрос. Наверное, с помощью ручки
Я пишу о том, как на небе надвигаются серые тучки
Я знаю: мне не избежать серьезной взбучки,
Но под Новый Год  я хочу говорить правду …
Или подобие ее…


Не все ли равно?
Ваши чувства, господа, угасли давно,
Как, впрочем, и мои… К чему теперь это скрывать?
Придет время все мы ляжем в другую кровать,
Которую, по большому счету, и кроватью назвать то нельзя,
Потому что в ней спишь один. Не так ли, друзья?
Супруга не в счет! Ведь это совсем не то, что нам нужно,
А то, что нам нужно – скажем мы дружно!
Ну вы , впрочем, сами догадались… Ах, как здесь душно!


Откройте ставни, господа! Встречать Новый год нужно пьяным
Дорогу! Дайте дорогу смутьянам!
Я иду по дороге с пьяным товарищем Гдляном
И ищу человека, которого трудно сыскать,
Потому что он спит … в соседней камере.


Боже! Теперь все трибуны замерли
И теперь–то уж точно придется весь мир обыскать
Искать на земле и на море,
Но безуспешны все поиски: спит он в соседней камере –
Единственный человек в этом пьяном мире.


Открыли дверь камеры … Поздно! Утонул в сортире!
Единственный человек в этом пьяном мире!


Ах, дьяволы! Прозевали такую личность!
Клянусь Богом, господа, что отдал бы всю наличность,
Чтобы посмотреть на человека, которого искал старый грек
В не менее древней Греции…
А теперь – он в русле канализационных рек
Добирается вплавь до Венеции.


Умный парень! Я тоже сделал бы так, но… вдвоем нас не примут
Стареет и гибнет пословица «мертвые сраму не имут».


Да к тому же: пророк всегда хорош, когда он один
Свод пророчеств всегда должен быть , как законы, един,
А иначе, что делать поделать людишкам, 
Которые не могут распорядиться своим собственным умишком?


Они ж должны верить всегда только книжкам,
А когда книжки разные – у них помутнение рассудка,
И сразу аксиома: болезни желудка
И вера в слова очередного ублюдка…


А, впрочем, выпьем! Новый Год хорош, когда не говорят о политике
Расплодились на Руси что-то больно ныне критики
Я хочу сказать вам, горе – аналитики  ….
А, впрочем, непечатными словами я редко выражаюсь, 
Скажу вам просто:  - Вами поражаюсь,
Потому что ………………………………………………...
……………………………………………………………….


И слава Богу!
Но что я говорю?
В борьбе за «лучшую» дорогу
Подставите и брату ногу
Не то уж мне…
А, впрочем, я проклял немногих
И будь я, как и вы все, правил строгих
Я убивал бы и … молился за убогих.

               
                31 декабря 1990 года