Белое вино
в розовых клубах.
Белое вино
на твоих губах.
Жадные глаза,
стон сомнений вдруг,
горькая слеза,
трепет нежных рук...
В ожиданьи дня
мы сошли с ума.
ты убьёшь меня
и умрёшь сама.
Утро. Стынет кровь.
Серый свет в окно.
Я целую вновь
белое вино ...
Свидетельство о публикации №110082600868
Десять строк экспрессивной ночной миниатюры — по сути, кадр: жёлтое окно, розовые клубы, вино на губах. Цветопись выстроена с расчётом: жёлтое — розовое — белое — красное (кровь), палитра нагнетается до «ты убьёшь меня и умрёшь сама» — афористичной гиперболы страсти, произнесённой как приговор. Рефрен «белое вино» замыкает текст в кольцо: началось с вина на её губах — кончилось поцелуем самого вина; героиня исчезает, остаётся посуда.
Родословная прозрачна — есенинская «Москва кабацкая»: ночной кабак, смертная ставка, вино как surrogate счастья. Но здесь, в отличие от Есенина, нет ни хулы, ни покаяния — есть состояние опьянения счастьем, где смерть и поцелуй стоят в одном ряду и не различаются по силе.
Экспрессивная ночная вещь с точной цветовой партитурой; Есенин кабацкий, но без есенинской надрыва — страсть, записанная до того, как она стала чувством вины.
Рощина Дарья Анатольевна 20.10.2026 19:15 Заявить о нарушении