Анна и Амедео
Меня ведёт Парижем Модильяни,
ему я сразу
Ева и Лилит.
Друг другу что-то шепчут наши длани.
Освободились мы от всякой шелухи
условностей,
а юности – в избытке.
Читала я поклоннику стихи –
такие робкие и слабые попытки.
В его глазах янтарные огни
горели.
Искры вспыхивали ярко
и голову кружили мне они.
Он слал рисунки мне – свои подарки.
Гашиш, абсент –
об этом говорят.
От них на то избавился он лето.
Рассеялся богемный сладкий чад,
сияли белизной его манжеты.
Гулякой он и дебоширом слыл,
но мне другим являлся неизменно.
Бродили мы.
Закат по волнам плыл,
качался Нотр-Дам в ленивых водах Сены.
04. 09. 2009
Свидетельство о публикации №110081303186
как музыка, чужая речь звучала...
когда бы с ней он повстречался снова,
но жизнь не сослагательна.
печально
Ирина Науменко 09.09.2016 12:24 Заявить о нарушении
Спасибо за эксп,
Дмитрий Постниковъ 09.09.2016 13:39 Заявить о нарушении
(автора, к сожалению, не помню), и там приводился такой вот факт:
в мемуарах дочери художника ни слова не говорилось об Ахматовой, но были
описаны все известные и неизвестные широкой публике романы и интрижки
Модильяни
Ирина Науменко 09.09.2016 21:49 Заявить о нарушении
Дмитрий Постниковъ 10.09.2016 00:07 Заявить о нарушении