Происхождение

Он там уже давно, под ложечкой, за пуповиной
Внутри меня. Живой, еще совсем невидимый, невинный.
Я помню лишь, когда он подал знак своей возможности родиться.
Что будет так как мы не знаем оба. Но я его утроба.
И мы должны друг другу разделиться.
Не знаю как он вышел – из завитков волос, из вкуса вишен,
Из взглядов, топота, хлопот, качания ногой.
Как сотворился, кем произнесся он, другой
Но мой. Внутри меня. Хочу родить его.
Избавиться от слова, от неудобства полноты, от боли
Чувства, невозможности, неволи мысли, чужеродности, потуга
Я слышу крик испуга, стон блаженства
Один не мой, второй как будто тоже.
О боже! Как ты можешь жать так сильно. И за что же?
Дышу! Кричу! Он не выходит, летний, прячется комочком
За рамками скелета, за одеялом тела, за многоточием,
В тени несмелости моей. Но хочется мне очень
Избавиться от точек. И я кричу и я стараюсь очень
И получается. Мы больше не одно, но мы уже не мы. Увы.
Дитя мужское, неразумное, немое, неблагодарное, не звонкое, сырое
С рождения стремящееся к краю
Как жалобно, что мы не выбираем своих детей,
Которые не выбирают нас. Но все мы выбираем путь.
Я слаб и пуст. И тем силен.
Избавившись от плода, от прикроватной суеты, от торжества народа
От нависанья потолка, удушья света
Свободен снова быть. Поэтом, током
Душой что чувствует движение потока.