Рябина

1.
Хлещет ветер по осенним лужам,
сеет лист, желтеющий тоской:
«Коли я вам этакий не нужен,
значит просто нужен никакой».

Ветер стих, и лужица смеётся
мимолёту летнего тепла -
и листвы озябшей позолотца
на прощанье с миром ожила...

2.
Детский сад под окнами больницы.
Старики на палочках висят,
не имея сил посторониться
перед вихрем маленьких бесят.

То один присядет на скамейку,
то другой задремлет на клюке,
кое-как замотан в душегрейку
на игривом детском ветерке.

А над ними охрой да кармином
бабье лето метит и метёт
без охоты к выслугам и винам,
без межи на жито и осот.

А вокруг рябиновая роща
запоздалой гроздью занялась,
искушая горечью и мощью
полый рот и оловянный глаз.

Бабьим летом принесла в подоле
никому не нужных малышей,
что поспели до озимой соли,
чтоб набить оскому до ушей.

3.
...Мишкин прадед натянул штанишки,
глянул в сад и шаркнул по полам
лазарета на свиданье к Мишке -
подметать ногами жёлтый хлам.

А навстречу - дед по листопаду
с несмышлёным правнучком-внучком
семенят сквозь горькую усладу
мелким шагом да косым шажком.

Старый сядет под рябые люстры
и пойдёт сипеть-перевирать
голью дёсен под ляля-люлю сны
про свою весну и благодать.

А нестарый поднесёт мальчонку
поиграть с огнём, который днём
обжигает резвую ручонку,
будто впрямь какой-то прок и в нём.

Малый Мишка тешится игрушкой:
отщипнёт и тянет на зубок
колобинку с горьковатой юшкой -
сам едва ль не тот же колобок.

Вот кому рябиновая прелесть
по руке да по простой душе!
Тут и дед, и прадед засмотрелись,
будто вдруг очнулись в малыше.

Нагляделись до слезы под веком,
по расхожим веткам расплелись -
по своим палатам да аптекам,
будто топнул кто да шикнул: брысь!

И опять в миру своём досужем
мишкин прадед стынет над клюкой:
«Коли я вам этакой не нужен,
значит просто нужен никакой...»

4.
Пусть лоза рябиновая стынет,
пусть разденет ветер догола:
дрозд вспорхнёт, кольнёт и душу вынет
из горсти, что ждать изнемогла.

И пойдёт на ягоду охота
закалённой птичьей голытьбы,
чтоб и мы дивились полорото,
чтоб и нам порой рябило лбы...