Полигиния

По завету Мухаммеда «акд»
священен для правоверного.
В жёны взять себе жену, а,
может, и не одну, позволяется
мужчине.
По обычаям Востока, уважаемо,
почётно мужу каждому иметь в
доме четыре жены.

Он, уважаемый халифатом,
светел, чист перед Аллахом,
брачной формулой скреплён,
четыре жены имеет он.
Он – мужчина, господин,
к каждой из жён он справедлив,
они покорны и верны и своей
участью довольны.

Любви и ласки не лишён, и
каждым мигом он доволен,
никто не бросит тень на
честь его.
Он сын «Муллы», блюстителя
закона.
В мире падших и неверных,
потерявших, не имевших,
семья – оплот любви,
смирения, терпения –
источник правоверия.

И в долгую дорогу пора ему
собираться, купеческий имеет
хват!
«Шёлковый путь» остыл и снова
манит.
Омар Хайям, святой Коран и фляги
с живительною влагой – всё, что нужно
для пути.
О, как ты зло смеёшься надо мной,
лукавым оскалом соблазняя,ранний
путь ногам моим ты стелешь.

Гордый, верный сын пустыни…
Караваны верблюдов – дромадеров
он ведёт, корабли пустыни везут дары
Востока: золото, пряности и шёлк.
Теряясь в дюнах, к рассвету ему
нужно успеть в Алеппо.
С петухами базар заводит –
завлекающее воркотание.

И дюнная вечерняя примула
своим ароматом поморочит его
усталое сознание, память
чёрно-белыми гравюрами
до рассвета всплывает
видениями.
Он дома: дымит кальян,
рядом – жёны и звонкий
детский смех.

Не гаснет свет и в доме его,
уже десятый месяц жёны покорно
ждут и пишут грустные рубаи, как
сказки детям на ночь их читают
и молятся Аллаху о зорьке
ясной на его пути.

И эоловые процессы меняют
убранство пустыни, шальной
вихрь бесстыже песчаную абаю
поднимает.
Поющие пески на невинном теле
вековые шрамы оставляют.
Тот, кто в пустыне побывал,
навеки душу ей отдал.
Он держит путь домой, он устал.

Янтарные бусы жёнам в подарок
он везёт, в янтаре том застыло и
теплится время, как теплится
любовь в его сердце.
Его ориентир – на блёклый свет
фонаря в окошке, на томные глаза
жён, на звонкий смех детей.
Вот они – ворота городские, вот
они – улочки родные, вот
он – тусклый свет в оконце…