Дева Мария

Мария была деревянной фигурой в раскраске.
Сложила персты для молитвы она на груди,
но Альба грешит при Мадонне почти без опаски –
когда ещё жить, если старость и смерть впереди?

Прикрыли её – но Мария сквозь эти завесы
спектаклем любви  насладиться бесстыжим могла,
и не было в ней осуждения и интереса:
греховной земле подобают земные дела.

Потворствуют все безобразию похоти грубой,
животным себя уподобить презренным хотят.
Занятия вновь ищут алые алчные губы,
по жилам огонь пробегает и плавит костяк.

И Дева молчит, улыбается – значит, простила.
Работал мужской на пределе возможностей штырь.
Опять над землёй герцогиня почти что парила,
мантильей свои горделивые пряча черты.

15. 08. 2009               


Рецензии