Ведьма

Раз взойду на костер я, в угоду наветам.
Может быть, на заре календарного лета.
Может быть, запылаю костром сентября,
Может быть, января дым овеет меня.

На помост, на позор, меня – ведьмой ославят
И лишь запах весны мне на память оставят.
Зашуршит и скукожится старый псалтырь
И молитвами грешных застонет пустырь.

Здесь на площади нет - чистых телом и духом,
Здесь на площади грех – оголтело раздутый.
Здесь в лохмотьях, помоях, лишае и грязи,
Доживают свой век все вчерашние князи.

Покаяние, слабость – дробящие нервы,
На дощатый помост я всходила не первой.
Не последней, грехи искупающей жертвой,
Имя им – легион, павший в огненном жерле.

Чем же я отличаюсь от вас, очумевших,
Но на папертях так, до конца не прозревших?
Что за тайну увидел в болотных глазах
Отупевший от страха и жира монах?

Моё имя распнет равнодушный каблук,
Мои слезы иссушит монаший клобук.
Как карающий перст, сквозь огня канонаду,
Мне протянется крест, освященный обрядом.

Может быть, выбрав в мире иную тропу,
Я пришла бы по ней в костер, а в толпу…
Может быть, присягнув в чем-то им на распятье,
Я б по миру пошла в грязном рубище платья.