Спасительный рубеж

по В. Пелевину



Иполнив вдох цветениями шишек,
осознавая, - кто ты, где и как,-
я поднимаю голову чуть выше,
чем может дать запаленный косяк.

Сойдя на мель и затеняясь в массе,
воткнув себя в пространственную брезжь,
я понимаю, как порой опасен
становиться спасительный рубеж.

Опять закат, опять в клубу дымящем,
овладевая сотканным извне,
я наблюдаю, как орлом парящим
витает моя память в новизне.

И ковыряясь в приоткрытых файлах
прильнет на холст томительная вязь,
вечерний свет из окон апохальных
утонет в нём, стыдливостью ластясь.

И вспомню я, как прибывая в пьянстве,
смирней травы, магнезии белей,
я потерялся с дамою в пространстве
под бурной негой трепетных елей.

Где новизной смущенных откровений
горел любви спасительный очаг.
Прошли года и мне теперь до фени,
и сам себе теперь я лютый враг.

И не травы косяк, не батл водки
не смогут мне вернуть её назад,
блеснут в кустах лишь чьи-нибудь колготки
и закружив, поманит чей-то зад.


МН