Кстовский лекарь

                Галанову А.

В начале лета ветер юный
Несет тепло свое лесам.
Решили с другом мы в июне
Поехать в гости к чувашам.
Я расскажу об этом вкратце,
Чтоб не остаться позади:
Погоде свойственно меняться,
Пришли нежданные дожди.
Я без пальто, без теплой шапки,
Лишь с верой в свой бойцовский пыл.
Чем крепче ливень брал в охапку,
Тем больше я сивуху пил.

В Чувашии такой погоды
Никто (как мне поведал друг)
Из поселян не помнил сроду.
В его лице мелькал испуг,
Ведь дикий ветр плясал по крыше,
В лачужке нашей свет погас
И с неба, словно Божий глас,
Картавил гром все ближе, ближе...
Ту ночь с красоткой молодой
Провел я в страстных поцелуях,
Забыв о всех ненастных бурях.
Но ветер мне отмстил с лихвой...

Пока я спал и видел море
Ко мне прилипла злая хворь.
Мой друг сказал: «Какое горе!
Ложись, укройся и не спорь!»
Мне было очень тяжело,
Внутри, казалось, все болело.
Ну отчего такое зло
Пронзило северное тело?
Затем мы шли... Меня мой друг
Тащил по парку, по аллее...
Пройдя цветущий летний луг,
Мы оказались в Шумерлее.

Молитвой тихой я прощался
С веселой юностью своей
И с танцем солнечного вальса.
Болезнь въедалась все сильней.
Не в силах мыслить, просто шел,
Как за хозяином осленок,
Не замечая мух и пчел.
Внутри ж меня плясал бесенок.

О, Кстово, нежною красою,
Пленяло ты счастливых нас,
Сияньем светлых женских глаз
И человечьей простотою!
Мой друг привез меня внезапно
Сюда, сюда в твой дивный рай.
Я поцелую троекратно
Нижегородский этот край.
Пришли к отзывчивой соседке,
Я опустил усталый взгляд.
Хозяйка делала галетки
И черепаховый салат.
Но бросив все, она сказала:
«Бедняжка, где ж ты заболел?
Ложись скорей под одеяло,
Ты бледен, словно школьный мел!»

Я только мог повиноваться;
Она ж, как трепетная мать,
Растормошила домочадцев
И постелила мне кровать...
«Пей, милый, эту смесь назвала
Я «адской», очень хороша!
Укройся теплым одеялом,
Тебе не будут здесь мешать».

Я выпил и забылся разом,
Мне снился райский материк.
Очнувшись, я увидел сразу:
Вблизи меня сидел старик.
«Я помогу тебе, ты светел...—
Промолвил старец наконец,—
Я поутру тебя отметил
И разгадал в тебе венец...»
«О чём вы? Я не понимаю...» —
Но старец сделал знак рукой.
Я замолчал, ему внимая,
В душе почувствовав покой.
Он вел неслышный разговор,
Испепеляя чертовщину.
Чело прорезали морщины,
И пот катился на ковер!

Водя ладонью надо мной,
Он после стих со взглядом грустным...
Под утро сняло как рукой
Мои болезненные чувства.
Ко мне вернулся в одночасье
Мой свежий, легкий цвет лица.
И, как прозревшего слепца,
Меня ошеломило счастьем.

С тех пор дедулю-чудотворца
Всегда в душе благодарю,
Увижу ль раннюю зарю
Или когда сияет солнце,
Хочу ль увидеть старца снова
Иль вспомню друга своего,
Но прежде друга самого,
Благодарю сердечно Кстово!


2004