О далёких и не - временах
Из семейного предания явствует, что одним изсамых-самых дальних предков являлся Александр Невский, который, возвращаясь из своей последней поездки в Орду, для отдыха или за получением ярлыка, последние тревожные днипровёл в древнем Городце.
Что из этого вышло?
Не хочу я слыть Емелей,
У которого корней
Не сыскать за пол-недели
И за двадцать восемь дней.
Отчего такие числа -
Двадцать восемь, пол - стоят?
Безисходность этих мыслей
Мои предки мне простят.
Летописные страницы
Слишком мало мне дают.
Исторические лица
Предо мною предстают.
Летописные страницы
Слишком мало говорят.
Исторические лица
Предо мною, как плакат.
Летописные страницы -
Это дети без отца.
Исторические лица
Не раскрыты до конца.
Вот и хочется на это
По домашнему взглянуть.
В век тринадцатый, заветный,
Отправляюсь в дальний путь...
Занедюжил Князь, с дружиной
Возвращаясь из Орды.
Городецкие равнины
Распластались впереди.
За окном колдует вьюга
Ночь глухую напролёт.
И метель - её подруга
Ухажёра рядом ждёт.
Лишь мороз с утра до ночи
Бродит бойко на дворе,
О любви сказать он хочет
Монастырской детворе.
Заполняют ночью льдины
С гулким хрустом полынью.
Многозвёздный сизый иней
Одевает Катунью.
У князей свои причуды:
То им девку подавай,
То с женой, вдвоём под дубом,
О потомстве помышляй...
-Из Катунок мне молодку
Привезите - молвил Князь -
Да такую, чтоб в охотку,
Как татарочка тряслась.-
Для дружины Князя слово -
Это праздник на заказ.
Под санями снег суровый
Рассыпался на показ.
Привезли Таисью к ночи.
Под иконами лежит
Александр - святые очи.
От лампады свет дрожит.
У Таисьи - только шуба
Да сафьянов сарафан,
Как морковка, алы губы
И Венеры дивный стан.
И Таисья пол-недели
Ублажала, чем могла.
Князь старался, как в борделе,
Совершать свои дела.
Днём - застолье, к ночи - баня.
Развлеченью нет конца.
-Миг прощальный скороль глянет? -
Нет ответа у Творца.
Неужели в самом деле,
Провиденью вопреки,
Князь старался пол-недели
На подмостках у реки.
Князь Таисью обрюхатил
По татарски в передок -
То ли в келье на полатях,
То ли в бане, где полок.
Ощутив своё дыханье,
Прислонясь к её груди
Князь за страстное старанье
По отцовски наградил:
-Если сыном будет крошка,
Весь похожий на меня,
Назови его Алёшкой
В честь товарища - коня.
Если девкой быть малютке
С синевой больших очей,
Назови её Анюткой
В честь наложницы моей.
В честь любови необычной
Отдаю нательный крест,
Он напомнит, по привычке,
Про отраду дивных мест.
Городец отдать не вправе,
Есть хозяин у него,
Вёрст за десять где-то вправо
Есть Катунки - ничего:
Там высокие отроги,
Над рекой дубы шумят.
До Катунок две дороги
Сквозь дремучий лес лежат.
Из Катунок две дороги
Через дикий лес идут
На приволжские отроги,
Где отходники живут.
Уходили отовсюду:
От князей и от татар.
Уходили, будь, что будет:
Хоть холера, хоть пожар.
Что татарская неволя,
Что холопское житьё -
Одинаковая доля,
Нет спасенья от неё.
Только где-то на просторе,
Средь отлогих берегов,
Остров Витязь с ветром спорит
И спасает от оков...
По старинному обряду,
По обычаю татар
Та Таисья будет рада
Получить от Князя в дар
И Алёшку, и Анютку
Да Катунский весь удел.
Князь старался не на шутку,
Даже слишком похудел...
За чем же, князья ездили в Орду в 13 веке, с какой целью? Ответ можно найти в старых летописях и архивах. Но не только за получением ярлыка эти поездки следовали, а ...
Хан при каждой новой встрече
В дар от Князя принимал
Сто коней смоленской течи
И соболий мех в навал.
Серебро и злато в бочках
Караванами везли
Из Руси густо-молочной,
Всеми преданной земли.
Хан ни в чём не знал отказа,
Был всегда не умолим:
Только раз чихнёт - и сразу
Все вассалы - перед ним.
Кто-то бойко хана хвалит,
Кто-то девочек ведёт.
Равнодушным не оставят
Никого, кто здесь живёт.
Научился Князь в гареме
Плоть житейскую вскрывать
В одиночку и со всеми,
Где поставлена кровать.
Хан позвал в шатёр рабыню,
Ожидая на ковре,
По-хозяйски что-то вынул,
Приготовился к игре.
Приказал рабыне что-то
Элегантно,не спеша
Помассировать без лени
Так, чтоб ёкала душа.
Хан раскинул бойко ноги -
Щель отверзлась между ног
У рабыни-недотроги,
В щель вонзил, на сколько смог
Что-то в пол- иль с два аршина.
Слёзы брызнули из глаз
От страданий у рабыни.
А совет - то через час.
Через час совет у хана.
Надо форму обрести:
Две рабыни взялись рьяно
Опустившее трясти.
Но совет идёт в разгаре -
Все вассалы на местах.
Только хан в своём ударе,
Отдыхает на коврах...
Там, в Орде, в шатрах у хана
Князь не только Русь спасал,
Спас Европу от бурьяна -
Так Всевышний возжелал.
Вся Европа с перепугу
Под татар готова лечь.
Только Невский, как подругу,
Смог Европу уберечь.
Оставался, как и прежде,
В беспокойные года
Луч божественноё надежды,
Чтобы прочь ушла беда.
В благодарность от Европы
Русь святая лишь пинки
Получала, как холопы
От хозяев тумаки...
Двадцать восемь поколений,
А точнее - шесть веков
Сохранялся крест нательный
У истока Катунков.
От холеры оставалась
Лишь десятая семья.
Остальных же накрывала
Белым саваном земля.
И пожары без разбора
Навещали каждый дом,
От ухаба до угора
Пожирали целиком.
От холеры на погосте
Не сыскать свободных ям.
От пожара - только кости
С чёрным пеплом пополам.
Навещали раз в столетье
То холера, то пожар
Это тихое поместье,
Этот дивный божий дар...
А чем занимались мои предки в 18 столетии? Куда их кидала непокорная и неподьёмная судь- ба? В двух словах можно было бы об этом без лишних подробностей рассказать так:
У Медведева Гаврилы
Были только сыновья:
У двоих - медвежья сила,
Два других - сильнее льва.
Узнавали по походке
По косой сажени плеч
И окладистой бородке
Если шла о силе речь.
С Костромы плоты гоняли
От Романовых купцов
По пути не раз теряли
Брёвна - до двухсот кубов.
В век суровой Катерины,
То ли летом, то ль весной,
Раскидало все лесины,
Словно звёзды над луной.
Говорит Отец Егора:
-Не печальтесь, мужики,
От ухаба до угора
Ставьте избы вдоль реки.
Прошумели дикие века. Настала лихая година двадцатого столетья.
Вся Европа в век вчерашний
Под Адольфа полегла.
Не оливковковые пашни
Русь Советская спасла -
Союз Советских Социалистических Республик спас Цивилизацию, Нацию, меня и Тебя, дорогой Читатель!!! СССР терял людские рессурсы, недра и что-то большее, ничем невосполнимое даже
дикой историей, наивные исследователи которой ставили и ставят уже в наше время с ног на голову любые события.
Рыбакова Алексея
Гнула жизнь в бараний рог.
За Советскую Расею
Отдал всё, что только мог.
Кровь свою под Сталинградом
Проливал солдат не зря:
Три осколка от снаряда
Во груди его горят.
Лишь солдатские медали
За подбитый тигр в боях
Вместо ордена давали
В полевых госпиталях.
Под Малаховым курганом
Посреди сожжённых хат
Три пантеры продырявил
И отправлен в медсанбат.
После первой обработки
Врач оттяпал две ступни
И за Волгу в утлой лодке
Был отправлен в эти дни -
Средь таких же колченогих
Офицеров и солдат
По завьюженной дороге
В изначальный медсанбат.
В неотопленной землянке
Медсестра для теплоты
Лищь солдатские портянки
Разрывала на бинты.
Разрывала, как обычно,
Разрывала, чем могла,
И старалась по привычке
Совершать свои дела:
То коснется ненароком,
То погладит между ног
Вопреки земным порокам,
Лишь бы был какой-то прок.
То лица слегка коснётся
То погладит меж культей -
А на сердце соберётся
Сотня бешенных чертей.
После новой обработки
Две культи оставил врач.
Где шикарная походка?
Кто забьёт в ворота мяч?
Среди новых колченогих
Был отправлен наш герой
По заснеженной дороге
На заслуженный покой...
В новом веке, двадцать первом,
Отстрадал сполна солдат.
Был Союз - остались нервы
В череде любимых дат...
В новом веке у Европы
Есть Брюсселевский ЕС -
Бродит призрак, снова ропот,
Нет обещанных чудес.
Чудеса остались в прошлом -
Не отыщешь днём с огнём.
Только раны ветеранов
Нам напомнят о былом...
Свидетельство о публикации №110050507464
