Сон

                СОН

То было – явь иль страшный сон:
На стол готовят поминальный, -
Но не прорвётся даже стон, -
В заботах женщины сновали.

Шипели, жарились котлеты,
Но было сыро и свежо, -
Не пахло жареным при этом,
Лук скользко хрупал под ножом.

- Чья ж упокоилась душа?
Да, не покойная! – Живая!
…Живым пятном в гробу лежа,
Девчушка гукала, играя…

Живая, - вместо ног – культи!…
И тут сверкнуло озаренье:
-Её должны живьём снести
на вечное успокоенье!

-В уме?!.. Живую заколотят?!
А, может, всё же усыпят? –
\Так в ветлечебницу привозят
больных щенят или котят…\

Венки отзелени косматы,
Сурово смотрит лик с икон.
\Так смерти ждёт Христос распятый!\
Венки, венки – со всех сторон…

-Не мучить жизнью?!.. Божья милость?!
Здесь всё творят, что захотят!\
Душа кошачьим криком взвилась, --
От в чреве загнивших котят!…

-Отдайте ж мне! – я на коленях, -
\Неси в руках, - и не дыши!…\
-Я одинок, её взлелею
и ей отдам тепло души!

-Вы что задумали здесь, гады?! –
и вмиг прикручен бечевой:
-У нас молчат! Кричать не надо, -
не то, - отрубим кой-чего!

-Теперь ты, - вроде кровных братьев!
Мы вырвем совесть совесть под залог, -
Землёю горсть твою изгадим, -
Зароем твой последний долг!

-Да ты не рыпайся, - мы знаем,
Что похоронный ритуал,
Как перед дыбою, как знамя,
Потащишь, - словно сам сваял!

…Захоронили без печали, -
\Ни стон, ни  плач, ни бабий рёв…\
Лопаты лязгали, хрясали,
Наполнив яму до краёв.

Поставив памятник, оградой
Зарешетили злой приют…
\- Бежать, бежать отсюда надо, -
да что-то ноги не бегут?!\

-Теперь вали, - пока я добрый!
Покуда ветер без сучков! –
Улыбка нагло-пьяной морды
Чернела пропастью очков…

Загнившей раной рвала совесть:
-Подлец, - не смог дитя спасти!
Да что же ноги не уносят?!
Собакой битой уползти?…

…Взлохматясь, из-под одеяла
со стном выдрался и сел,
ошеломлённо, тупо, вяло…
Комар стервозно в ухо пел.

Толчками крики, - в сердце снова:
В подвале душной темноты,
Согнувшись чёрною подковой,
Ругались матерно коты.

Скребло уключинами в лодке
И ветер тихо песню пел,
А дождь кипел, как в сковородке,
Скворчал и брызгал, и шипел…