Конкурс стихов о России. Судьи. Фима Жиганец

Завершается Конкурс стихов «Русь, куда несёшься ты? Дай ответ!» http://stihi.ru/2009/06/07/4400 . Список стихов для голосования - http://stihi.ru/2009/12/31/1085 .

Получены результаты от судей, проголосовали участники и зрители. Начинаем публикацию подробных комментариев судей. Фима Жиганец http://stihi.ru/avtor/fimasid – известная личность в российском поэтическом мире, согласился прокомментировать стихи. Огромное ему спасибо. Орфография и лексика оригинала оставлены без изменения.

От организаторов площадки,

Вадим Волков



 
Фима Жиганец http://stihi.ru/avtor/fimasid

Признаться, страшно не люблю быть стихирным судиёй. Не нравится мне судить ни хороших, ни плохих – никаких. Нет, хороших – пожалуй, можно. Но, как правило, на одного хорошего приходится десятка два в лучшем случае посредственных. А это для здоровья вредно – читать посредственные стихи.
Конкурс стихов о России... Знаете, самые непростые, тяжёлые стихи – это стихи о Родине и о матери. Потому что труднее всего не скатиться к пошлости и банальщине. Потому что сказано так много, что не повториться – сложно. А повторяться – стыдно. Поэтому у многих поэтов нет стихов о матери.
Я хочу начать свой короткий обзор с воспоминания о своей землячке – ростовчанке Елене Ширман. Она погибла в 1942 году, в 34 года. В годы войны Елена была редактором агитгазеты «Прямой наводкой», выходившей в Ростове. В июле 1942-го выехала в командировку по области. В станице Ремонтненской её схватили гитлеровцы – со всеми агитматериалами. Разумеется, расстреляли.
Но сейчас я - не об этом. У Елены Ширман есть стихотворение, несколько строк из которого, правда, переделанных, известны наверняка многим из вас. Это стихотворение называется «Поэзия» и написано в 1940 году:
Пусть я стою, как прачка над лоханью,
В пару, в поту до первых петухов.
Я слышу близкое и страстное дыханье
Еще не напечатанных стихов.
Поэзия - везде. Она торчит углами
В цехах, в блокнотах, на клочках газет -
Немеркнущее сдержанное пламя,
Готовое рвануться и зажечь,
Как молния, разящая до грома.
Я верю силе трудовой руки,
Что запретит декретом Совнаркома
Писать о родине бездарные стихи.
Понимаете? К слову сказать, в том же 1940-м Михаил Кульчицкий повторил эти строки в «Разговоре с т. Сталиным»:
Мы запретим декретом Совнаркома
Кропать о Родине бездарные стишки.
 
Пишите о любви, о прыроде, о птичках – но избави Бог о России!
Увы, декрет не издан, вирши пишутся...
Вот ещё один букет из 85 произведений. Сразу скажу: ругать никого не буду. Устроители попросили. Но... Всё действительно очень запущено. Верю, что авторы писали искренне. Ну, хотя бы некоторые из них. Знаете, первоклашки тоже искренне рисуют машинки. И не их вина, что выходят гробы на колёсиках. 
Чтобы писать о России, вовсе необязательно через строчку вспоминать бревенчатые избы, берёзы, слёзы, купола церквей, народ-богоносец и рюски самовар. То, что я прочёл (а я честно изучил каждое произведение конкурса), во многом напоминает лубочный стиль а-ля рюс. Никакого отношения к России, на мой взгляд, всё это не имеет. Как и жидкие аллегории насчёт корабля, капитанов и прочего мареманского антуража. Так же далеки от России псевдопублицистические кунштюки с обличением нонешней власти, пафосное перечисление русских грехов и бойкие частушки про страну дураков.
Вообще многие опусы напоминают перечисление ресторанных блюд. Так и хочется спросить: а почему цены напротив каждого пункта не проставлены? Нудные песни акына обо всём подряд, что он видит на своём пути. Вариант: стенания наёмных плакальщиц над гробом: ой, да на кого ж ты нас оставил, ой, да какой же ты был хороший муж, отец, работник, любовник… Вариант: как вы, бл..., скурвились, всё проср.., проеб.., какая вокруг мерзость, пакость, тупость, гнусность, вонь, смрад и т.д. и т.п.
Ну, цены-то проставьте!
 
Честно говоря, по-настоящему понравилось лишь одно стихотворение.
 
Евгений Петропавловский "На склоне заката, облитого кровью реликтовых птиц"
Просто замечательно. И главное: ни слова о родине, о России, о Путине и о синих глазах.
Да не только поэтому. Очень сочный, мощный, красивый русский язык. Даже комментировать не хочется. Хочется читать ещё и ещё. Может быть, и выучить наизусть.
 
2.Ян Бруштейн. «Легенда».
Я бы не сказал, что стихотворение произвело на меня неизгладимое впечатление. Тем более легенда, конечно, истине никаким боком не соответствует. Евпатий Коловрат гнался за татарами из Рязани с небольшой, но доброй дружиной берсеркеров (коловрат – это система древнерусского военного искусства). Пахарям против монголо-татарского войска делать было нечего. Степняки крестьян порвали бы, как Тузик грелку. А вот с боевой дружиной им пришлось туговато. Русичей сызмальства натаскивали, каждый дружинник был отдельной боевой машиной, в отличие от монгольского войска, где главным всё же считалось умение воевать в строю и конной лаве.
Но не о том речь. Просто Ян – очень сильный поэт. И стихотворение его сильное. Без пафоса фальшивого, без самоварного золота и лапотных придыханий. Может быть, излишне традиционное. Но бывает ли настоящая традиция «излишней»?
 
3.Полякова Любовь Аркадьевна «Наболевшее»
Вот, казалось бы, то, за что я допрежь выговаривал: и перечисления многочисленные, и много-много публицистики. А вот – кажется всё уместным. Может, потому, что ещё не отболело.
Нет здесь никаких открытий, можно даже посетовать кое-где на тривиальность образов и рифм. А можно и не сетовать. Потому что всё это как-то сглаживается необыкновенной искренностью. Ну, во всяком случае, мне так показалось.
 
4. Азачем. «Когда я был предельно мал...», «Пусть говорят»
 
Ирония – она всегда может скрыть общие недостатки. Мы с автором, пожалуй, прошли схожий жизненный путь. И мне тоже частенько становится тоскливо от воспоминаний о поре, «когда я был предельно мал».
И ещё очень понравились афористичные строки –
И очень даже здорово подходит
Двуглавый вождь к двуглавому гербу


5.Василий Поляков-Пермь. «Русь», «Остались старые пластинки...»
 
Без претенциозности. Тихо. По существу. Искренне. Что я могу ещё сказать? Этого уже – выше крыши. Очень понравилось про старые пластинки, про многоточие, которое дороже определённой точки зренья.
 
 6. Александр Коковихин. «Русский»
Улыбнулся и вздохнул. А это уже немало J.
 
ВНЕ КОНКУРСА
Развеселил стишок Елены Тибиной «Молитва за Россию»:
 
Господи,спаси и сохрани !
Матушку- Россию защити,
от непрошеных гостей,
от неискренних людей,
от друзей плохих,от врагов лихих,
от войн кровавых
от дел неправых,
от пьянства и разврата с зари и до заката
от плача матерей за погибших сыновей,
и т.д.
 
Напомнило тут же известную в определённых кругах «воровскую молитву»:
 
 
Господи!
Спаси меня. грешного,
от порядка здешнего,
от этапа дальнего,
от шмона капитального,
от забора высокого,
от прокурора жестокого,
от тюремных ключников,
от стальных наручников,
от моря Охотского,
от конвоя вологодского,
от кирки-лопатушки,
от земли-матушки,
от лесоповала,
от холодного подвала,
от работы физической,
от морали политической,
от пайки-недовеса,
от хозяина-беса,
от отрядного-рогоноса,
от кума-кровососа,
от короткой стрижки
и защити от вышки.
Аминь.
 
А Наум Синдаловский в исследовании «Петербург в фольклоре» приводитдругой пример:
«Каждым извозчиком руководило желание обогнать, выделиться, понравиться клиенту. Заклинание: «Спаси, господи, от седока лихого и изверга-городового», которое ежеутренне, как спасительную молитву, повторяли про себя ямщики, выезжая на городские улицы, подхватило население,  вспоминая его каждый раз, выходя из дома».
 
Так что отмечаю как чрезвычайно развеселившее. Но – уже вне конкурса. И, видимо, вне желания самого автора стихотворения.

 
--
Александр Сидоров.