записки 1-6

Записка №1

Было небо, были утки.
А сначала была дорожка
и пение «НС»,
потом скамейка,
закинул голову –
надо мной небо,
открытое,
просторное,
а вокруг тихо,
только ветер
и щебет птиц…
И я был счастлив.
Потом увидел на озере уток, любовался ими, и
шёл по траве,
и всё было так замечательно.
И кроме неба, озера и уток
не было ничего
и никого.
Вернее, они были,
но я их не видел.
Только на другом берегу озера парень сидел на траве и
подбирал мелодию на флейте.
И я понял, что он так же как я
сидит и наслаждается тишиной,
травой и свободой.
Так,
случайно увидев человека,
осязаешь свою родственность ему,
и человек,
имени которого даже не знаешь,
становится близким. И от этого теплее.
Я ходил по траве,
ощущал природу,
наслаждался ей.
И я был счастлив.
Вот она – жизнь,
настоящая. 
И тут вспомнил, что времени гулять уже нет,
время на счастье закончилось,
надо идти обратно,
назад.
И,
подчиняясь чьим-то искусственным правилам,
я шёл
назад.
Туда,
к стенам,
потолкам,
стенам,
стенам,
стенам,
к шуму,
удручающей пустой болтовне.
Я приду,
скажу несколько слов,
которых не услышит тот,
кому я их говорю,
и я это знаю.
И какая-нибудь регина,
или полина,
будет спрашивать, почему я такой нервный
и шутить, что у меня критические дни.
На что я опять отвечу, что
у меня все дни критические и
до поры до времени…
И так  течёт жизнь,
глупая и пустая…
И что?
Да вот и всё.
В общем, всё было как всегда…

Змею (Роману Данилову),
3 октября 08г.


Записка №2

Люди…
бегут, куда-то торопятся…
Ругаются…
Неужели опять кому-то наступили на ногу?..
А вот этот  думает.
Судя по выражения лица, он думает, что есть завтра на завтрак,
или сегодня на ужин.
А я иду…
И не знаю, куда (а разве это так важно?),
и думаю…
Нет, это не мысли. Это так, поток бессознания…
Да, сознанием здесь и не пахнет,
здесь пахнет бензином и кирпичом,
а ещё алкоголем…
Бессознание, Растворённое Едкой Действительностью – бред.
А сознание давно ей поглощено.
А Время ведь тоже летит под дождём,
среди этого холода.
Жмётся,
отчего дни становятся короче…
Вот сейчас Время сядет на край ближайшей крыши,
отряхнёт крылья и
полетит вдаль.
А я останусь.

17 октября 08г.


Записка №3

Шаги гулко разлетаются в сыром воздухе.
Бум, бум.
И тяжёлые сапоги ломают хрупкие листья.
Хрус, хрус.
А дождь шуршит,
как непрерывный аккомпанемент происходящему,
хороня останки листьев…
Что ты сигналишь?? Думаешь, я под тебя брошусь??
– нет!
Не знаю, почему,
но явно не оттого, что слишком счастлив в жизни.
Хотя несколько раз я был счастлив.
Счастлив так, как каждому желаю.
(Один из таких случаев уже описан.) 
Но полное счастье не бесконечно. И
эти мгновения абсолютного счастья промелькнули,
не ушли бесследно,
но ушли, чтобы не вернуться.
Такое не повторяется.
Я не говорю, что испытал в жизни всё,
но достаточно, чтобы считать,
что прожил её не зря.
А чем плоха смерть под колёсами?
Разве лучше умирать старым,
никому не нужным,
всех угнетающим.
Или же, и того хуже,
больным…
Разве лучше?
Нет.
Но я не кинусь под колёса.
Хотя бы чтобы не стать раздавленным
как лист.
Как уже мёртвый лист
никогда не бывшим живым сапогом.

17 октября 08г.


Записка №4

Мостовая не булыжная, а плиточная.
И плитка лежит ровными рядами.
Смотришь на неё сверху –
как по кирпичной стене идёшь,
причём по её боковой части,
где-то между пятым снизу и
шестым сверху рядами кладки…
А цвет какой-то искусственный,
тёмно-розовый.
И этим надо гордиться,
какая цивильная
прогрессивная
современная улица.
…
А вот и цивильная машина:
стёкла, стёкла…
Ничего не видно кроме этих
чёрных заграждений.
А ещё на всякий случай высокие колёса:
чтоб подальше от земли…
Только зря старались:
землю
здесь тоже сложно найти.
А вот и моё отражение.
На очередной стеклянной витрине я затерялся
где-то между буквами S и Ф.
Отпусти, витрина! И соседняя тоже!
Все,
все!!

17 октября 08г.


Записка №5

Кажется, голова отяжелела и слилась со стеклом.
Пробка…
Затор.
Всё стоит
оттого, что каждый хочет ехать быстрее.
Всё молчит,
потому что кто-то уже слишком много кричал.
Вот и медленно едем.
Зачем едем, куда?
По тем же асфальтовым мёртвым улицам,
что там,
впереди,
может быть хорошего?
Сомневаюсь… Нет, ужасаюсь. Но верить не хочется.
Хоть бы один голубь показался на крыше.
Нет…
Никого нет.
Пусто.
Только какая-то очередная листовка
на стене застывшего дома
трепыхается под ветром.

22 октября 08г.


Записка №6

Вот так одиночество довело меня до общения с бумагой.
Она всё стерпит и,
также как все другие,
не ответит и не поможет.

Писать всё, что думаю и
пытаться писать то, что чувствую.
И ничего больше,
кроме того, как непосредственно чувствовать и думать.

Я действительно устал
от борьбы за ложь.

Жизнь идёт,
оставляя на мне свои отпечатки,
хотя, что значит на мне?
 – жизнь и есть я,
а я и есть жизнь.

В последнее время могу говорить
о провалах в памяти и сознании.
Я, просто, не воспринимаю
неживую информативную
(или – ещё хуже – неживую и неинформативную)
речь.
Потому я не могу читать газет и,
говоря от безысходности что-нибудь случайное,
тут же забываю об этом.

А ещё мне надоели формальности,
пытающиеся затягивать людей в свой однообразный
предсказуемый
и ужасный омут.

Главный итог настоящего искусства –
неожиданность,
неожиданность для самого автора.

За это я люблю искусство.

В этом оно схоже с самим течением жизни,
как и во всём остальном
как самое живое и настоящее, что есть в нас и среди нас.

Я опять отошёл от темы,
хотя и нельзя отойти от того, что не определено изначально,
не загнано в рамки.

За это я люблю искусство.

А за окном светит солнце,
греет землю,
жжёт крыши.
Жаль,
что нет ветра.

29 октября 08 г.