Я был...

Не истончалась стопка дней – я был богаче,
пожар ума младую глупость порождал.
Среди ветров, в сухом безветрии тем паче,
я веселился и, отмахиваясь, ждал.

Беспечной пылью застилало перемены
и страх пред будущим. Увы – я был сильней.
Так, в сочетаниях воздушных мизансцены
с святейшей жадностью взираешь на людей.

Отбросив маску, не надев её, вернее,
я был влюблённым в одиночество ночей
и за незнанием прочувствовал больнее
каток ворвавшихся без стука гиблых дней.

Они вошли. Так, угасая пред печатью,
уже не видишь разъяснительных словес
и пропускаешь оглушительною ратью
поток безвременья, рассеянных повес,

всё подражателей. Итак, я был глупее –
признанья к прошлому всегда обращены.
Сейчас все глупости дороже и милее…
Чем дальше – более, и снятся те же сны,

какая явь была. Воспитана тревога
и подбираешь, как мозаику, слова
в богоугодничестве богохульном слога,
когда вдруг просишь воротить свои года.

О, птица дней, неугасаемое лето!
Тебя вернуть – мечту и глупость совершить,
иммунитет к печали бешеной привить…
Но жизнь кладёт неподавляемое вето.