Истины

Когда ты говоришь простые истины,
                простые человеческие истины,
о том, что мы друзьями будем истыми,
                ты в сердце мне закладываешь боль.
Как жаль, что у разлуки нету пристани,
                всего одной, пускай случайной, пристани,
и вслед за утром ты шагами быстрыми
                пройдёшь по мне, - на истины скупой.

А город мой, пустой и опечаленный,
                совсем теперь пустой и опечаленный,
нальет в стакан мне солнечного чая и
                укроется дождливой сединой.
И чувства оказались приручаемы,
                как звери, оказались приручаемы,
и даже то, что назовем случайным мы,
                впоследствии окажется судьбой.

Так стоит ли бороться за свободу, чтоб
                пробыть друг с другом меньше полугода и
понять, что «так устроено природой, что
                на свете никакой свободы нет»,
а человек, запутанный в заботу о
                за годы не удавшемся, погоды ждёт
и, уходя от новых поворотов, жизнь
                ругает за несбыточность побед.