Восточные мотивы
Сменялись калифы и их фаворитки,
Размеренно жизнь свои воды несла.
А я все тащил упряжь старой кибитки,
Впрягаясь в неё заместо осла…
И старый мудрило, прохвост и пройдоха,
В бейсболке, в трико и с седой бородой,
Стонал из кибитки, что еду я плохо,
Что он отравился моею едой…
Подсел он однажды, измучен подагрой.
Представился другом визирей всех стран.
И, пряча в халат узелочек с виагрой,
Бодро забрался в мой шарабан…
Мельком показал нездоровую ногу,
Лепёшку умял под кувшинчик вина.
Сказал, будто верную знает дорогу,
Туда где лежит процветанья страна…
Он был из князей, по его заверенью, –
От Рюрика, из городка Бузулук.
Но к вящему к моему изумленью,
Кроссовки носил, словно Маленький Мук…
В повозке моей ехал он на халяву
Довольно давно, лет под двадцать, небось.
По ходу суля мне известность и славу,
Но мало чего из посулов сбылось.
По случаю, как-то мне стало известно –
Он сын басмача, что служил КГБ,
Но было в кибитке свободное место.
Ну, едет – и едет. И хрен бы себе…
А мимо текли дни, недели и годы,
Кругом дорожала еда и вода.
Калифы всё так же брехали народу,
Казня недовольных судом, без суда…
Эмир обещал мне коня и одежду,
Сулил за услуги в столице жильё…
Но, с возрастом чувствуешь цену надеждам,
К тому же, эмиры, как норма, – жульё…
Уж кризис глобальный ударил по паху,
Уже потепленье глобальное шло,
Сменился уже Биньямин Нетаньяху,
Хоть х… его знает, шо это бул;…
Уж вышла амнистия ворам, чья кража
Была больше двух миллиардов дукатов…
Уже был указ, что эмиров и стражу
Теперь называть «Господа Демократы».
Но если го*но на лепёшку намажешь,
Указ хоть твердит, или просто молва,
А рано иль поздно рассудок подскажет,
Что как ни крути, а го*но – не халва…
Меня обгоняли повозки «Land Cruiser»,
Из замков несло коньяком и икрой…
И торкнуло вдруг, сквозь урчание в пузе,
Что я сыт по горло такою игрой…
Всё также пылила дурная дорога
Но мне опостылела участь осла,
Тем паче, здоровья осталось немного -
Я, бросив кибитку, всех в *опу послал…
Свидетельство о публикации №110031606004