ИнтервYou

- Вообще-то я собираюсь в отпуск…

- Сдашь материал и можешь быть свободна. Хоть на месяц. Впрочем, на месяц вряд ли. Но две недели покоя я тебе обещаю. Честное не пионерское.

Янка никогда не была пионером – как и мы все. Мы уже не успели. Мы успели на Backstreet boys, ролики и фантики от жвачки Love is…

What is it love?..

Зато Янка была отличным менеджером. Управленец жил в ней круглосуточно – без перерыва на сон и обед. У нее был нюх на выгодные контракты, нужных людей, правильные издательства, - таланты, которыми я была предусмотрительно обделена.  Я умела только писать. К счастью – моему, Янкиному и еще нескольких десятков зависящих от меня людей, писала я неплохо. Иногда – если верить критикам – даже очень неплохо. За что и ела свой бутерброд с икрой. А лучше – без икры. Терпеть ее не могу.

- Ян, я устала, как маленький хоббит, победивший силы зла. Мы только что сдали роман в печать. У меня нет ни сил, ни, самое главное, мыслей. Я хочу только спать и могу писать исключительно об этом. Твое издательство согласно на повесть о пользе здорового сна?

- Мое издательство согласно на рассказ. Так что радуйся. Ты сэкономишь силы и время. Хуже, если бы тебе заказали сагу, правда? К тому же, тебе ничего не надо придумывать. Им просто нужна профессиональная литературная обработка. У них серия об известных людях, что-то вроде ЖЗЛ. Сейчас готовится том о молодых успешных бизнес-леди. «Генерал в юбке» и все такое. Им нужно конкретное интервью конкретного человека.

- Отлично. Пусть найдут конкретного журналиста – и все.

- Во-первых, со мной лично связалась секретарь этой успешной особы. Они хотят именно тебя. А во-вторых, когда ты узнаешь размер гонорара…

-Да плевать мне на размер гонорара, что я могу написать, если я выжата, как лимон – ни слов, ни чувств, ни сил для их обретения…

- Кот, не ломайся. Это быстро. И просто. И потом, я уже сказала, что мы согласны…

- Ясно. Тогда какого черта ты морочишь мне голову, если меня можно не спрашивать? Может, я здесь вообще лишняя? У вас так все получается решать – вот и пишите сами. Открываешь Word – и вперед, буковка за буковкой и пробелы не забудь… Янка, я найду другого менеджера. Я тебя уволю. Я предупредила, потом не обижайся… Давай адрес, сволочь. Не могу же я людей подвести теперь.

- Я так и знала!

Янка сияет, как полководец, взявший столицу.

- Я так и знала, что ты согласишься! Хочешь кофе?

ЖЗЛ, статья… Похоже на дурной сон. Я должна взять у жены банкира интервью… Это все равно, что пройти на шпильках по непаханому полю. Какое отношение моя – пока еще художественная литература – имеет к банкирам и их женам?.. Совсем с ума посходили. Давайте напечатаем «Евгения Онегина» на салфетках. В городе полно прекрасных журналистов – напишут так, что мама родная не узнает. Почему я???

Я сижу, уткнувшись носом в распечатку с Google, заботливо сделанную Янкой. «Владелица крупной туристической сети с филиалами во многих странах мира, жена известного бизнесмена господина О-ва, умница – красавица 35 лет..» И о чем нам разговаривать? О перспективах развития туристического бизнеса на Чукотке?.. Ладно, хоть детским домам помогает – и то хорошо. Хотя, сейчас модно помогать. Добродетель нынче  - часть имиджа. О времена, о нравы…

- Кот! Завтра в 11 она ждет тебя у себя дома. За тобой приедет машина.

- Не хочу я машину, я сама поеду!

- Ты уверена?

- Абсолютно. Я же не генсек, чтоб за мной присылали черный катафалк с водителем!

Завтра наступает быстрее, чем я предполагала. Это все весна – ночи короткие… Ну, и работа. Если уж меня заражают вирусом нового текста – все, пиши пропало. Пиши. Точка. Пропала. Пока хаос в моей голове не примет правильную форму – покоя не будет никому. Бизнес- леди, бизнес – леди… Я же ничего о ней не знаю – спать бы мне спокойно, чтоб хотя бы с нормальным лицом появиться… С нормальной головой уже не выйдет – машина составления буквенных комбинаций набирает обороты.

Двигатель моей машины тоже набирает обороты. Пробок  - на удивление – нет. Есть веселое солнце, веселое радио и веселая я в салоне. И плюшевый толстый кот на заднем сиденье. Мы едем – и нам хорошо. Гораздо лучше, чем в катафалке с водителем. Так… Мы налево повернем,  а потом еще назад и покружимся чуть-чуть… Приехали, кажется. Вот он, дворец из стекла и бетона. Мне, естественно, на самый верх – десять минут в зеркальном лифте, а 34 – это еще не возраст, и лучшее средство от кругов под глазами – заварка, что ни говори… мне лучше с челкой или без?.. Все говорят, что с челкой… Единственный человек в моей жизни был против челки… Был… Проклятые ассоциации – сам не знаешь, куда они тебя заведут…

Лифт тихонько звенит и высаживает меня в огромный холл с окнами на все стороны света. Да, пока писатели терзались вопросом «почему люди не летают, как птицы?», банкиры свили себе гнезда на высоте птичьего полета. Вот она, разница менталитетов.

- Здравствуйте, проходите, пожалуйста. Подождите здесь, хозяйка сейчас выйдет. Чай, кофе?

- Нет, спасибо большое. Я подожду.

Хозяйка. Прямо крепостное крестьянство. Хотя, тетечка милая, видно, что не из новомодной прислуги из агентства. Немолодая уже, но шустрая, улыбается так по-доброму и пахнет свежей выпечкой…

- Джей, шевелись, в школу опоздаешь! Водитель заждался уже!

Тетечка снова возникает откуда-то из глубины квартиры, подталкивая в спину долговязого парнишку. Лет 10, хотя выглядит на все 13. Выражение лица еще совсем детское – утреннее, сонное, обиженное лицо. Тетечка складывает в рюкзак горячие булочки в плетеном коробке и два больших яблока.

- Ой, батюшки, Джей, да поздоровайся же ты! Видишь, у нас гости! Это, между прочим, очень известная писательница, вы ее будете в старших классах проходить! Здоровайся, кому говорю!

Из-под капюшона слышно сонное: «Драсте!»

Я киваю. Джей получает последние напутствия и исчезает в лифте. Тетечка крестит закрывающиеся двери.

- Ой, ну и молодежь пошла. Упрямая. Сладу нет. Это все телевидение их портит! Вот в наше время…

С кухни настойчиво пахнет хорошо поджаренной сдобой.

- Духовка! – восклицает тетечка и уносится на удивительной для своих пышных форм скорости.

Я сижу на мягком диване и смотрю, как за огромным – во всю стену – окном проплывают самолеты на облаках. Никогда не понимала, как летают самолеты. А сейчас все стало ясно – самолет ложится брюхом на облако, как тюлень на льдину, - и плывет… Тогда, правда, нелетной должна считаться безоблачная погода…

Шаги по коридору. Все, хватит фантазировать, пора работать. Какая у нас улыбка нынче дежурная? «Мисс позитив и обаяние»…

Шаги по коридору… То, что техника может быть с одинаковыми техническими характеристиками – я знаю. А вот люди… Нет в мире двух человек с одинаковым голосом,  запахом, походкой… Бред.

- Здравствуйте, простите, что заставила Вас ждать…

Я смотрю в окно. Облако под самолетом растворяется – и самолет падает в глубокое синее небо.
Я поворачиваюсь – медленно, я по ударам сердца считаю, сколько прошло минут, часов, лет…

- Здравствуйте.

Мы сжали пружину времени – и вот она выпрямилась. Удар. Нокаут. И контрольный в голову.
Десять лет прошло. Десять лет – с той ночи. С той весны. С того самолета. Десять лет назад мы решили стать самостоятельными. И мы стали. Мы действительно научились не зависеть друг от друга. Мы заставили себя не зависеть друг от друга. Ни явок, ни паролей, ни телефонов, стертые дни рождения, потерянные имена… Сначала уехала ты – в нашем маленьком южном городке не было места, чтобы спрятаться. Потом в столицу перебралась я  - издательства, премии, общественная жизнь. От общих друзей и знакомых я слышала, что ты удачно вышла замуж, что живешь где-то в центре, делаешь карьеру… Но я не стремилась узнать больше. Я старалась забыть даже то, что знала.

- Это не можешь быть ты, потому что…

- Потому что это я.

Ты абсолютно не изменилась за эти годы. Нет, ты, конечно, превратилась из бесшабашной девчонки в шикарную женщину – прямая спина, темные волосы, медный загар в начале апреля… И все равно это абсолютная ты – ты также смотришь, также пахнешь и также бьешься током, если тебя коснуться… Если тебя коснуться…

- Когда секретарь сказала, что приедет известный автор, я даже не думала, что это ты, а то …

- А то что?..

- Я бы собралась быстрее. Тебе пришлось долго ждать, извини…
Конечно. Мне пришлось долго ждать. Нам пришлось долго ждать. Десять лет.

- Давай к делу. Работа прежде всего. Я спрашиваю, ты отвечаешь. Сразу озвучь темы, которых касаться не стоит. Литературная обработка – и из диалога получится проникновенная история «маленькой сильной женщины»…

- Да, да, конечно… работа… Подожди минутку… Ниночка!

Улыбчивая тетенька моментально материализуется в коридоре.

- Ниночка, вам сегодня просто необходим выходной. День чудесный – прогуляйтесь, сходите в магазин – вот, порадуйте себя, внуки, опять же, по Вам соскучились…

- Да, но я там с обедом еще не успела…

- Не переживайте, еду можно и заказать. Отдыхайте, ни о чем не беспокойтесь!

- Хорошо, хорошо, но Вы мне звоните, если я вдруг понадоблюсь, я мигом буду…

- Обязательно, обязательно! До завтра!

Зеркальный лифт уносит удивленную Ниночку с небес на землю. Впрочем, те деньги, что ты дала ей, способны обеспечить обычному смертному на земле безбедную жизнь в течение месяца…

- Пойдем.

Хитросплетение коридоров приводит нас в огромную светлую столовую. Аркой она соединяется с кухней, где на столе красуется блюдо с выпечкой – плоды Ниночкиных трудов. Длинный обеденный стол, тяжелые стулья, темный, явно антикварный, буфет, пара уютных диванов. Из недр буфета появляются рюмки и бутылка коллекционного коньяка.

- А это еще зачем?

- За встречу. Если ты помнишь, мы не виделись 10 лет.

Если ты помнишь… А ты помнишь? Помнишь, сколько ночей было потрачено на бессмысленные разговоры? Помнишь, сколько нервов, сил, жил было вымотано, вытянуто – из них можно сделать веревку и трижды обмотать земной шар.

Коньяк превосходен. Ты невероятна.

- А где твой муж?

- За границей, заключает очередную сделку в очередной стране. Мы видимся раз в несколько месяцев – в лучшем случае. У нас разная жизнь, разные интересы. Даже часовые пояса разные…

Это в интервью мы вставлять не будем.

- Давай лучше по сути. Расскажи, чем ты занимаешься.

- Туризмом. Один из крупнейших туроператоров, отдых в любой точке мира… Формально все это мое. Но фактически… Я занимаюсь тем, что подписываю бумаги, прихожу на совет директоров, обедаю с деловыми партнерами, встречаюсь с прессой …  Это давно перестало приносить мне удовольствие. Когда-то я мечтала об этом – когда с рюкзаком и палаткой водила группы к морю через перевал. А сейчас…  В этом нет романтики. Деньги, расчет, куча подводных камней. Этот бизнес не лучше, чем любой другой. Там, где замешаны большие деньги, замешаны и большие сложности. Сейчас я могу позволить себе все. К счастью, могу помогать другим – подшефный детдом, родственники, Ниночка вот опять же – она мне как родная… Сыну десять, он учится в частном колледже и через год уедет в Лондон. Папин ребенок. Ничего моего. Если уж быть откровенной, Джей (Женька он, но отцу больше нравится на американский манер) – единственное, что нас связывает. Развод станет пятном на  репутации мужа. Поэтому мы остановились на партнерских отношениях. Я не мешаю ему, он не мешает мне. У нас даже квартиры разные. Мне 35, у меня образ успешной сучки и полная пустота в душе. Тебе хватит для интервью?

Глаза предательски блестят, но ты держишься. Ты всегда умела контролировать свои эмоции.

- Да, мне хватит для интервью. Не беспокойся, все будет нормально. Это очень просто – написать сказку. Людям хочется верить в красивую жизнь. Так что не волнуйся, сделаем тебе историю – в лучшем виде…

- Я не волнуюсь. В том, как ты умеешь писать, я не сомневаюсь… Я, между прочим, до сих пор храню твои старые тексты…

- Зачем?

- Потому что в них – настоящая я… И настоящая ты… Мы.

Да, коньяк превосходен.

- Убери челку.

- Я уже десять лет с челкой.

- Убери, пожалуйста.

Я закалываю челку. Без челки действительно, удобнее. И опаснее. С открытым лицом ты становишься полностью беззащитным. Как рыцарь с открытым забралом. Рыцарь печального образа. Ветряные мельницы.

- Ты совсем не изменилась. Ты даже не поправилась. Глаза только чуть темнее. Или это сумерки…

- Это коньяк.

Мы смотрим на пустую бутылку и начинаем безудержно хохотать. Две интеллигентные женщины за светской беседой прикончили почти литр совсем неженского напитка. Да…

- Пойдем, я покажу тебе квартиру!

Мы бродим по бесконечным комнатам, рассматриваем сувениры, привезенные тобой со всех концов света, фотографии в причудливых рамках – Европа, Восток, Индия…

- А ты давно была в отпуске?

- Признаться честно, давно. Последние пару лет я пашу без передышки – два крупных контракта, плюс куча арт-проектов, встреч, конкурсов. На прошлой неделе я сдала рукопись в издательство и мечтала только об одном – улететь в далекие края. Но меня попросили взять интервью…

- Ясно. Я испортила тебе отдых.

- Нет, что ты. Ему просто придется подождать.

- Слушай, а куда бы ты хотела поехать? Я могу достать билет в любую точку мира, лучший отель, шикарный сервис – все по высшему разряду. Быстро, бесплатно, выбирай!

- Спасибо. Но у меня уже есть отличный план, и я намерена его воплотить в жизнь во что бы то ни стало. Не хочу в любую точку мира. Даже в самый шикарный отель – ни за что. Я поеду на поезде в Сочи, сяду на горе, буду смотреть, как солнце растворяется в море и буду чувствовать себя абсолютно счастливой.

Мы заходим в спальню. Кровать своими размерами и белизной напоминает океанский лайнер. На прикроватной тумбочке маленькое фото в скромной деревянной рамке – старый снимок, уже нечеткий от времени. Море, магнолии… мы. Ты смотришь на меня. Я смотрю на фото. Я не буду задавать вопросов. Интервью закончилось.

В спальне огромное панорамное окно. Здорово, наверное, лежать на кровати и смотреть в небо, где на белых льдинах облаков медленно плывут самолеты… Сейчас темно, небо подсвечено заревом города, и самолеты можно угадать только по светящимся цветным точкам. Это похоже на космос… Я стою на пороге невесомости и почти верю, что умею летать. Ты стоишь у меня за спиной и смотришь, как расправляются крылья.

- Это напоминает твой балкон, правда?..

Да, твоя крыша мира напоминает мой балкон на 8 этаже. И космос один и тот же – здесь, над столицей, там, над южным городом… Просто потому, что космос – это мы.
Тишину разрывает звонок твоего мобильного.

- Да, сынок, конечно. Да, можешь провести у бабушки выходные, я не против. Целую. Позвони, как долетишь. – Это Джей. Он летит к свекрови в Питер на выходные.

О, завтра ведь выходные. В этой гонке я уже потеряла счет дням. Суббота, воскресенье, а в понедельник интервью должно быть в издательстве. Бессонная ночь перед монитором мне обеспечена.

- Уже поздно. Мне пора ехать. За выходные надо закончить дела, а то плакал мой отпуск…

- Водитель повез Джея в аэропорт…

- Я на машине, она внизу, на стоянке.

- Ты с ума сошла?! В тебе полбутылки коньяка!

- Я вызову такси, не проблема, скажи мне точный адрес, а то я не помню…

Я стою спиной к окну. Ты смотришь на меня, и я чувствую, как от твоего взгляда плавится стекло. Шаг назад – и я упаду в космический океан.

- Точный адрес: ванная по коридору налево, полотенце на полочке, халат в шкафу!

- Послушай, я не могу… У меня работа. Мне за тебя еще интервью сочинять! И вообще, это не очень удобно. У нас все-таки деловая встреча…

- У нас встреча, которую мы, идиотки, затянули на десять  лет!

С этими словами ты вталкиваешь меня в ванную комнату.

Душевая кабина похожа на рубку НЛО. И зачем столько кнопок?.. Пока горячий душ смывает с меня последние сомнения, ты сидишь на пушистом коврике у кабинки и рассказываешь забавные истории из своих поездок.

- И, представляешь, там был верблюд, он плевал на всех. В прямом и переносном смысле! Туристы шарахались от него, бедуины свирепели, но верблюд, упрямая скотина, продолжал делать свое  дело. Он не желал катать туристов, у него было свое верблюжье представление о своем верблюжьем счастье. Зверюгу забили бы палками. Но я подошла к верблюду и на чистейшем русском языке объяснила, что он, конечно, прав, но выбрал неподходящее место и время. А потом за пару сотен баксов объяснила бедуину, что этому верблюду лучше жить в зоопарке! Мы обязательно поедем посмотреть на моего верблюда! Я назвала его Че! Правда, здорово?

Здорово. Все, что ты говоришь – здорово. Все, что ты делаешь – здорово. Здорово быть рядом с тобой, слышать тебя, чувствовать тебя…
Мы сидим в белых мужских рубашках на палубе твоей кровати и поедаем пиццу.

- Я помню, когда-то у меня была идея купить мужскую рубашку вместо пижамы… Но я так и не купила.

- А я купила. Две. Давно уже. Лежали нераспакованные. Видимо, ждали подходящего случая.

Странно. Почему всегда нужно ждать подходящего случая?  Не беречь то, что есть, ломать все, резать по живому, а потом ждать подходящего случая. Десять лет ждать. Каждый день. Просыпаться и засыпать с мыслями о тебе. Отключить функцию «думать» - иначе можно сойти с ума. Работать, писать – до рези в глазах и онемения в пальцах, заполнять день так, что нет минуты на вдох, окружать себя толпами чужих людей – только чтобы не думать о тебе. Стереть все точки пересечения, чтобы случайно не столкнуться лбами…  Мир тесен, мир до смешного мал, он помещается у нас на ладони – синий-синий шарик, в котором, словно тюлени на льдинах, плывут самолеты на белых облаках…

- Я помню этот запах. Это Диор, да?

Конечно, помнишь – этим запахом пропитана каждая соленая капля нашего моря, каждая песчинка на коже, каждая минута рядом…

- Да, милая, это Диор. Ты все помнишь правильно…

…Когда я снова выныриваю, чтобы вдохнуть,  в темноте передо мной медленно проплывают огни. Стекла нет, его растворили. Мы в открытом космосе.

Утро не приходит с рассветом – оно рождается здесь, на крыше мира, и отсюда уже спускается в город. Мы сидим и смотрим, как утро потягивается и карабкается на подоконник. Оно тоже в белой мужской рубашке. Утро прыгает, и внизу его ловит весна.

Звонит мой телефон. Он лежит на белом смятом шелке простыни как маленькая серебристая жемчужина. Жемчужина стоит на вибровызове и забавно кружится вокруг своей оси. Мы смотрим на жемчужину и смеемся. Она сердится и жужжит. Звонит Янка. Янка хочет знать, как прошло интервью. Янка хочет получить материал и переслать его в издательство. Янка работает – даже в выходные. Она бесценный сотрудник. Но сегодня я ее ненавижу.

- Это… насчет интервью… Мне нужно ответить…

- Зачем?

- Это моя работа…

- Я твоя работа! Ты  - мой ангел. Сколько получают ангелы?

Ангелы получают все небо и тебя впридачу.

Пока я варю кофе, ты куда-то звонишь, делаешь какие-то распоряжения. Мой телефон ты спрятала – подальше от моего чувства ответственности.

- Одевайся, нас ждет машина.

- Куда мы едем?

- Сюрприз. Считай, что я тебя похитила.

Нет, все-таки за десять лет кое-что поменялось: мне не хочется с тобой спорить.

Мы приезжаем в аэропорт и, едва успев на регистрацию, оказываемся в самолете.

- Прости, но поезд – это слишком долго!

Я смотрю в иллюминатор. Белое облако подплывает и мягко поднимает наш самолет. Мы плывем, и волны неба на горизонте сливаются с волнами моря.

Таксист едет так, что дух захватывает -  как все южные таксисты. Мы платим ему больше, чем стоит его машина. Но  успеваем на закат.

Мы сидим на вершине мира и смотрим, как солнце медленно растворяется в воде. Наши ладони смыкаются, как створки раковины, в которой заключено абсолютное счастье. Воздух настолько теплый, что дрожит, как дымка над костром. И твои глаза говорят больше, чем все мои тексты…

- Это самая лучшая сказка, которую только можно написать…

- Это не сказка. Это весна. Самая главная, самая настоящая, самая долгожданная…

Это наша весна.


Рецензии
Вас тут Моцартом назвали. Правильно. Так оно и есть. И это настоящая художественная проза, которая трогает даже таких скептиков в отношении поколения, которому +-30, как я. Возможно, надо разместить это и на Прозе, где иная аудитория - более возрастная и профессиональная, хотя и менее одаренная. А здесь много очень способных людей, но мало неповторимых творческих индивидуальностей. Вы же, как мне кажется, отличаетесь не только способностями и мастерством, но и собственным голосом особого тембра, присущим истинному таланту и зрелой личности. Только в современной жизни всё это не слишком востребовано. И от вашего поколения зависит, будет ли так продолжаться и дальше. Сказка должна в конце концов когда-нибудь стать былью. Иначе: дальше - тишина. Думаю, Вы понимаете о чем я.

Татьяна Мацук   28.08.2014 04:30     Заявить о нарушении
"Моцарт на маленькой скрипке играет..."
Может нам денег собрать и купить для него барабан?...
:)

Капитан Буратино   28.08.2014 08:41   Заявить о нарушении
На это произведение написано 15 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.