и я понимаю, что
срубленная моя голова
покоится на диване,
выброшенном в дикое поле зимой.
снег кругом. и тишина
наполняет мой мозг без тела,
а ему уже, впрочем, нет совсем дела -
он уже далеко - в никуда и нигде,
а может где-то висит, ухмыляясь Алисе.
мой мозг - оторва -
никак не приладить его,
и снова, и снова он в дикое поле
со снегом, взрывается белым,
ложится на холст
глюкогенного Макса,
а он, оттопырив пальцы,
читает молитву о возвращении
в мир двуногих скитальцев.
Свидетельство о публикации №110020608873