Александр III

« … у России нет друзей.
Нашей огромности бояться»
Государь, Император Александр III.


Дышала осень в Царском Свете,
В дворце-красавце Монигетти
Октябрь ливадский отцветал,
Там Император умирал.

Борьба за Русь лишила силы,
И, холод, чувствуя, могилы,
Державный вождь для Николая
Напишет, к Разуму взывая,

На смертном одре завещанье,
Звучавшее, как заклинанье:
Самодержавие хранить,
И Православию служить!

Теперь для нас нет слов новей:
«Знай – у России нет друзей.
Нашей огромности бояться»…
Все любят силе подчиняться.

Царь жизнью доказал не раз,
В нём  - враг жестокий звучных фраз,
Любых сомнительных субъектов
И драматических эффектов.

Молитву тихо прошептал,
Жену Марию подозвал,
Как смог, с Царицею обнялся,
По-христиански распрощался.

Поник в Ливадии дворец,
Пойдут все в пропасть, наконец!
Поймёт Россия, но не скоро,
Какая умерла Опора.

А смерть дела свои свершила,
Судьбу России предрешила!
Марии Фёдоровны крики
Не помогли! На троне – Ники.

Вдова славян не обманула
И сыну всё ж не присягнула!
Из трёх рождённых сыновей
Ей младший – Мишка был милей.

Но там Гессенская невеста
Как раз ко времени и к месту
Английским шепчет:  «Николай,
По воле божьей поступай».

Отец престол дал на пять лет!
Другой альтернативы нет:
«Ну и какой из Мишки Царь?»
Спросил придворных Государь.

Вот слышен шаг издалека
Преображенского полка,
Лейб-гвардия не подвела:
Корону с честью подала!

И в Копенгаген едет Мать*
Свой век Царицы доживать,
Россию часто вспоминала,
О русской доле горевала.

                II.

Вложили, что б Ума хватало,
Сил в Цесаревича не мало,
Но Драгомиров,  генерал,
В сердцах о Ники так сказал,

А в суть умел он посмотреть:
«На троне сможет сам сидеть,
А нужно во главе стоять…!»
Не сможет Кесарь управлять.

Секрет германского Дармштадта
Дошёл до нас витеевато,
Алисе мать через сектантство
Заложит в Душу мессиантство.

«Мессия» по Руси бродил,
Это Распутин Гришка был!
Его враги Руси найдут,
И до «пророка» доведут.

А с ним масонов умных рать
Поможет нервы расшатать
Дармштадской пресвятой Алисе…
Бурлит России Закулисье,

Жжёт революций дуновенье,
Царь отречётся от правленья,
Судьбе Российской вопреки
Возьмут всю Власть Большевики.

Монархию пришло решенье
Спасти, но силой отреченья!
Псков… Судьбоносная година…
И подпись! За себя и сына!

Всё Авель вещий предсказал,
Спустя сто лет Царь прочитал,
Вскрыв Павла I конверт,
Осталось сколько править лет.

День в день отрёкся от Престола!
Самодержавие крамола
Свалила…Русское падение
Берёт начало с отречения.

На следующий день окрест
Читали «Мишкин» манифест:
«В том случае Власть воспринять…
Всем надлежит голосовать…».

Как Русский Император новый
Смог подписать себе суровый

Тем манифестом приговор
Неясно нам и до сих пор.

Минует год, и не узнают,
Как Михаила расстреляют,
Тогда ж удушат поскорей
Великих Царственных Князей.

Царь под арестом вспоминал,
Как в море брата в трюм толкал,
Как шёл на крейсер провожать
В Абастумане умирать.

В сердцах себя Царь укорял:
«Бог за Георга покарал!»
Большевики что делать - знали
Весь Царский Род уничтожали.

Казнили Русь с аристократами,
Что б в наше время с плутократами
Могли Россией понукать,
Да беззаботно жировать.

А быдла бабы нарожают!..
Нас до сих пор уничтожают,
То на фронтах, а то на стройках,
Или в гражданских перестройках.

                III.

Невзрачная у нас картина,
В большой игре – плохая мина!
Находят нам и хитрецов
В проблемах сыновей-отцов

Всю правду ложью замарать,
Что б не смогли в веках понять,
Что было так, или не так,
О прошлом, думая: «бардак!»

Фрейлина Бланк была девицей,
Общалась аж с Императрицей,

Добыла Сашку от Царя,
А говорить не станут зря!

Отцом был Александр?! Какой?
«Да Третий! Он её герой!»
О том сама Бланк умолчала,
Но там же Анну нагуляла.

За это Саша станет мать
Цареубийством защищать!
Другим путём пошёл наш Гений,
«Шпион германский» - добрый Ленин!

Громили Зло! Бьёт революция…
Затем – сплошная экзекуция!
А далее – проблема века:
Спасти в России Че-ло-ве-ка!

            Послесловие

Где катаклизмы разжигают.
Не сразу Истину познают,
Вот и молюсь в пустые дни:
Россию, Боже, сохрани!

* Мария Фёдоровна умерла на своей Родине в возрасте 82 лет,
пережив революцию, отречение Царя от Престола, расстрел
сыновей и внуков.

Михаил Рогачёв,
1998 год, г. Петропавловск-Камчатский.