На излёте восторга

Мы цедили глухие стихи,
Потрошили чужие грехи,
Обличали нас чьи-то духи.

Но кругом та же бренная гладь.
На кого и на что уповать,
Если в нас — та же скверная кладь?

Я сбегу от постылых забот,
Завернувшись, как страждущий крот,
В обветшалый бетонный комод.

Всё посчитано, всё улеглось,
Но уныние также брюзжит...
Этот жертвенник чахлый изжит.
Кто же тот засидевшийся гость,
Что за ширмой так тонко визжит?..

Но в постылой слепой пелене,
В неприкаянной, дикой стране
Не забудь же хоть ты обо мне...

Как о славной зарнице — Весне.

27.01.10


Рецензии