На краю мирозданья

     О мои молчаливые братья оттуда,
     я совсем вас не помню! Средь шумного люда
     одиноко слоняюсь. Точнее, плутаю
     наугад в темноте. И когда-нибудь к маю
     или к августу, братья, и я перед вами
     отчитаюсь на небе, скорей, не словами.
     Понимаю, что должен впотьмах и на брюхе
     отбабахать свой срок во хмелю и не в духе.

     Я не знаю, откуда и кем я ниспослан,
     где обитель моя? Кто учитель: Апостол
     или Черный ДаймОн? В чьих истлею объятьях?
     Этот мир в темноте и порочных зачатьях
     пребывает, где я, как в темнице Даная,
     скучно дни провожаю, иного не зная.
     Но уверен, что вас нет мудрей и красивей.
     Чем болтливей поэты, тем вы молчаливей.

     Вот опять одиноко иду на дорогу.
     В небесах беспросветно. Ни черту, ни Богу
     не внимают пустыни (ах, Миша, солгали).
     Всюду тьма и безмолвье. Давно отмигали
     те миры. И теперь словно в жмурки играем
     на краю мирозданья меж адом и раем.
     Но повязку с бровей я сорвать не рискую,
     вдруг, прозрев, мои братья, втройне затоскую.