ожопился

Друзья часто замечают, что в моих стихах много жаргонизмов и сниженной лексики: «жопа», «говно» и тому подобного. Приятели пытаются ровнять меня по произведениям знакомым с детства. Но при этом забывают: у меня не было войны, я не знал голода, не сидел в тюрьме, не дрался на дуэлях, мои знакомые чаще всего умирали от запойного пьянства, я вижу мир сквозь «окно» компьютерного монитора. Моя тема – пустота, потеря смыслов и прижизненное тление. Изо дня в день я намазываю серый паштет обыденности поверх собственной жизни. Для человека убежденного в своем поэтстве – это унизительно.
К тому же я считаю, что мужская поэзия чужда вычурности. Стихи мужчины должны быть просты и выразительны, как клинок или кружка пива. Поэт, если он поэт, не умеет врать… По крайней мере себе. Он ведь ищет в словах не красивостей, а гармонии, равновесия между внешним и внутренним.
Не могу говорить за всех, но моя жизнь стала тотально телесной. И что, как ни «жопа», является центром телесности… Что, как ни женская «задница», символ гармонии, красоты и уюта в вещном мире… Каким еще словом можно так емко описать энтропию бытия… Мне хочется чтобы слова точно отражали, если не суть вещей, то хотя бы суть переживаний по поводу явленного мне. А так как за годы жизни я растерял почти все иллюзии, то и выходит:
А в мире как?
Неужто снова жопа,
Неужто мрак,
Неужто балаган…
Обыденное
Сдобрено сиропом
Хмельных напитков
И пи*датых дам.