Блокадная баллада

      
Тот год был невисокосен -
Обычная зрела осень.
Ему было тридцать восемь,
А ей чуть поменьше, но
И поздно бывает первой
Оранжевой, а не серой
Отмеренной полной мерой –
Осенней. Так суждено.

Он был пианист. Она же
Совсем не имела стажа,
Писала стихи от блажи.
И в полночь любила петь.
А он был всегда на страже,
Был подданным, прямо скажем.
И что очень-очень важно,
К обеду готовил снедь.

И было все в Ленинграде.
Вы слышали о блокаде?
И зеркало невской глади
Разбила да, да, война.
Его на войну не взяли:
« Твой фронт в этом самом зале,
Ты – гений, - ему сказали, –
И гений твоя жена».

О, это лихое время
Взвалило такое бремя!
Казалось, вспухает темя
От этой большой беды.
Тарелка пустого супа,
А в снах – колбаса и фрукты,
А правда – фугасы, трупы,
Да как бы достать воды…

От голода пухли ноги
Казались стеной пороги
И не было слов, лишь слоги.
Зачем ей теперь слова?
Обменены все колечки.
И он, разжигая печку,
Жег книги, рояль, крылечко…
Была бы она жива.

А пес, он мечтал о кости,
О каше и крошек горсти,
И думал: « Ах, если б гости!
И хлеба в авоське край».
И чудилась псу котлета,
Фонтанка. Начало лета.
Хозяйка в лучах рассвета.
Он видел собачий рай.

Дружок, как ты умер кстати!
О, Боже, за что так платим?
И слезы волною катят,
Когда же отступит враг?
Озера почти потухли.
Ах, лодочки, эти туфли,
Что ей подарил в Гурзуфе…
И платье – цветущий мак.

В буржуйке рыдала вьюга.
Меж рамами – тельце друга.
И жизнь потекла по кругу,
В котором согрелась кровь.
И выжили эти люди.
Им грезилось: завтра будет.
Пусть кто-то теперь осудит.
Но это была любовь!

Да, время такая штука –
Отмерено в сердце стука.
Не кончилась эта мука,
Но все-таки кончен ад.
О далях они мечтали.
Награду ему не дали,
Ни ордена, ни медали.
И он не носил наград.

Одна у него награда
И больше ему не надо.
В растущих деревьях сада,
Что он посадил тогда,
Минуты, часы, недели,
Туманы, дожди, метели,
Летели года, летели.
Пока не пришла беда.

Однажды, поутру рано,
От той, очень острой грани
Открылась на сердце рана.
Вот это и есть предел.
Пора. Значит так и надо.
И он виноватым взглядом
На ту, что сидела рядом
С любовью с небес глядел.

Она не умела плакать.
Пустила гулять собаку,
Надела то самое, в маках,
Молитвой покрыла лоб.
Врачей вызывать не стала:
Она все о смерти знала.
К нему прилегла устало
И сердцу сказала: «Стоп!»…

А, в общем-то, что случилось?
Ну, сердце остановилось.
Второе остановилось –
Им было почти по сто.
В окошко весна сочилась.
«03» по дворам носилась.
Собака домой просилась.
Но ей не открыл никто.

2005