Я дул в свисток тяжёлый рок

Это было знойным летом,
В небе таяла заря,
И своим небесным светом,
Солнце лило на поля.

И казалось, нет спасенья,
Под палящими лучами,
И жара как наводнение.
Отступала лишь ночами.

А лес был тих словно мертвец,
Ни пенья птиц, ни шелеста листвы,
И в небе  туч,  стада овец,
Не видно средь палящей синевы.

И в этом пекле на опушке,
Вдруг зазвучала тихая свирель,
И лес ожил от голоса кукушки,
Играл пастух любимой, словно Лель.

И звуки нежные свирели,
Лес оживили мёртвый вдруг,
Раздались соловья чарующие трели,
Наполнилось прохладой всё вокруг.

И я впервые пожалел,
Услышав музыку свирели,
Что так играть я не умел,
Не дал Господь талант мне Леля.

И я в ответ на пенье Леля,
Взял, смастерил себе свисток,
И брёл я с ним словно с похмелья,
И дул в него тяжёлый рок.

Не стал я в жизни музыкантом,
Но нету сожаления о том,
Не каждому даны таланты,
За то я стал отличнейшим ментом.