Бабочка
в пустоту.
Вслед берёза хмурая кивает,
И, случайно, в путь благословляет
Христи`анин,
что прильнул к окну.
Тротуар согнулся плавником.
На обочине осколки
и окурки.
Отражаю поржавелой курткой
Свет циклопов,
свешенных крюком.
Серой россыпью покрылся весь бульвар;
В ту же масть
городовой меня обгонит.
Он не трезв, в плену
ночной волшебной вони
Не учует всех распивочных угар.
Но притонов чад всеместный
не заглох,
Их ворота всякой твари ввек открыты:
Ждёт и снит уже
коньячное корыто,
Чтобы сном покойника иссох.
Подзывает первый встречный
бар.
Так вхожу,
как синий завсегдатай.
Обдало зловоньем бородатым,
Изо рта же перестал струиться пар.
Перебранки и ругачка здесь
Столь естественны,
как жар от оплеухи.
Все попрятались от боли
и от скуки,
Степень градуса давно уже не счесть.
Я нашёл среди толпы пустой треног;
Тут же Бабочка весёлая подсела.
Между прочим,
заведя беседу,
Приоткрыла стройность бледных ног.
"Кто такой?" - " Поэт " - ответил я, глотнув.
"Ну читай же про любовь! " - загоготала
Диким смехом,
что давно прода'ла,
Плюнув влево, головой мотнув.
"Ты пьяна, мои слова
не усечёшь,
И пойми, не в том я настроеньи,
Чтобы горечь лить
в всеобщем обглазеньи.
Извини, мадам,
сейчас не завлечёшь. "
"Поглядите же, ну экий недотрога!
Вот Есенин -
он везде читал и всем!
Ну да ладно,
ты другой, смотрю, совсем...
И признайся, милый, нет тебе порога... "
"Кто бы спорил: скучен, одинок,
Всё брожу, как тень,
среди подобных станов.
Поперёк гортани мне всё это встало,
Странно, что не спущен
до сих пор
курок... "
...Помолчав и пригубив стакан,
Повела меня в убогую каморку.
Заскрипели ветхие подпорки,
Застонала дева, волю дав рукам.
...А под занавес забился в щели свет.
Аккуратно, как на бал, она оделась;
Перед этим моим выдохом согрелась.
Жизнь внезапна -
вот на всё ответ.
В кирпичей
вернулся пустоту:
Хрупкой веткою
берёза мне кивает,
Словно ждавши,
вновь благословляет
Христи`анин,
что прильнул к окну.
22.04.09
Свидетельство о публикации №109121206779