Хранящий свет

мне не понять тот мир, в котором я
ещё любил, надеялся и верил,
и совершал, что совершать нельзя,
не отделяя семена от плевел.

как по седым карабкаясь умам,
я поутру спешил страной похмелья,
оставив дам растерзанными там,
где вороньё и колдовское зелье.

и в час заката, после сирых дней,
когда звездой преобразится небо,
я помню дом, где светел дух теней,
где счастлив был, хотя ни разу не был.

не верил я, что всё-таки вернусь
в тот светлый сон и комнату пустую,
там яблонь сад и окон хилых грусть
кидает блик на вашу явь ногую.

я помнил свет, в котором не был я,
но знал, он есть, надеялся и верил.
и поутру хмельным себя неся,
я закрывал распахнутые двери.

бредя на пир, где вечен ор святых,
где вечно пьян я был и снова буду,
всегда я помню снами о былых
чудных домах, раскинутых повсюду.

и где-то там, средь гула и столов,
где льётся ром, и опий рвётся в выси,
не нахожу я камней и углов,
и нужных слов до крайней грани мысли.

опять сюртук мой в пиве и в вине.
и нет вины, что дамские причуды
в мои грехи так бурно влюблены,
хотя средь дам встречаются паскуды.

хранящий свет, что позабыть нельзя,
ещё горит, надеется и верит,
и на рогах похмелья снова я
войду в ваш дом, закрыв при этом двери.


Максим Новиковский