Белые аисты

На колокольню пугливая стая
села, сложивши усталые крылья.
Сверху закатный костер, угасая,
сыпал золу позолоченной пылью.

Капали краски у Мага с палитры,
густо слоясь в фиолетовой дали;
ветер, с лилового неба пролитый,
скручивал их в голубые спирали.

Эти неслыханно белые птицы
разбередили мне память, врываясь
в душу, в которой им не поселиться,
провозгласив позабытую радость.

Черные очи, росинки печали,
в белой оправе, как символ контраста;
красные клювы собой увенчали
шеи, отлитые из алебастра.

Шея вливается в пенное устье
в профиль повернутого силуэта,
выгнутого иероглифом грусти
или конвульсией белого цвета.

Вылеплен из белизны баснословной,
напоминает застывшее пламя
аист, мерцающий в сумраке, словно
грёза, поднявшая снежное знамя.

Если же рядом почудится злое,
взмоет он, клювом пространство тараня,
будто бы лук с розоватой стрелою
в небе натянут невидимой дланью.

В плесках астрального блеска не тая,
светит печаль непонятная, где бы
ни пролетела усталая стая,
пьяная от полуночного неба.




Перевод С. Гончаренко