В сердце моём...

В сердце моём — только ты.
Только ты...
Как будто все звуки стихли вокруг,
И эхо ушло в дальние дали,
Остался лишь шёпот твоих рук,
Одна эта песня,
что сердце терзала,
Один тихий вздох,
На краешке губ
застывшей мечты.

Я живу в ожидании,
как сад живёт в ожидании ливня:
листья темнеют от воздуха,
ветви становятся чуткими,
и даже молчание
пахнет грозой и жасмином.
Так и я —
становлюсь тише,
чтобы не спугнуть
твоё возможное «да».

Ты мне нужна
не как спасение —
нет,
а как берег нужен реке,
чтобы быть рекой,
как небу нужна птица,
чтобы вспомнить о высоте.
Я бы сложил для нас утро
из самых медленных красок:
кофе, прохлада, дыхание,
тонкая складка на шторе,
и наши руки,
лежащие рядом
так просто,
будто они всегда
знали дорогу друг к другу.


В сердце моём — только ты.
Только ты...
Как будто все двери
закрыты на ключ,
И выхода нет,
и дороги не видно,
Остался один лишь
твой нежный луч,
Одна эта вера,
что счастье возможно,
Один слабый пульс,
в ритме с твоим,
Бесконечно, нежно.

Но пока между нами
тянется время —
длинное, как перрон в ноябре,
где каждый фонарь
держит в ладонях
маленький круг одиночества.
И я иду через эти огни,
неся твое имя
бережно,
как несут воду,
чтобы не расплескать
ни капли надежды.

Как я хочу,
чтобы были мы вместе...
Не в мечте,
не в случайном шёпоте сна,
не в письмах, которые ночь
заставляет перечитывать снова,
а здесь,
где воздух реален,
где можно коснуться щеки,
где любовь — не слово,
а тихая, тёплая жизнь.

В сердце моём — только ты.
Только ты.
И эта нежность
дольше дождя,
глубже темноты,
терпеливее всех расстояний.
Я верю:
однажды мир
перестанет нас разлучать,
и тишина между нами
наконец
станет домом.

В сердце моём — только ты.
Только ты...
Как будто все двери
закрыты на ключ,
И выхода нет,
и дороги не видно,
Остался один лишь
твой нежный луч,
Одна эта вера,
что счастье возможно,
Один слабый пульс,
в ритме с твоим,
Бесконечно, нежно...