Уже давно затянуты все шрамы,
Не беспокоят они грудь мою.
Читаю с упоеньем Мандельштама,
И вспоминаю молодость свою.
И пусть прошло то призрачное время,
Когда стихи читали наизусть,
Благословляю до сих пор, то племя,
Познавшее печаль, страданье, грусть.
И с трепетом я раскрываю снова,
Стихи, где есть поэзия и шарм.
Стихи расстрелянного Гумилёва,
Есть Пастернак, и Мандельштам.
О, где все те, что так писали броско,
Что восхваляли серебряный век,
И даже сам волшебный мастер, Бродский,
Покинул этот злополучный век.
Мой слух давно стихи уже не гладит,
Как много новых и не нужных слов.
Как много стало песен на эстраде,
Как мало поэтических стихов.
2ооог
Уже давно затянуты все шрамы,
© Copyright: Борис Межиборский, 2009
Свидетельство о публикации №109112204524
Свидетельство о публикации №109112204524
Рецензии
