Лес Мрака. Вторая ночь

Чем глубже в лес он проходил,
тем гуще и опаснее тот был.
Дорогу приходилось прорубать мечем,
смотреть почаще, что происходит за плечем.

Раздался свист, Аскол остановился,
Пред ним, натянутый канат, с шипами появился.
Из острия шипов, стекали капли яда,
на уровне, он натянулся глаза.

Мечем лиану, Аскол разрубил.
Вперед шар света он пустил.
И за его спиною, чья - то тень мелькнула,
а сбоку что - то проскользнуло.

Весь лес притих,
следя за чужаком.
Не видывал он здесь, людей живых.
И его запах, лесу не знаком.

Весь день прошел без происшествий,
никто на война не напал.
Но все же, за своей спиной,
Аскол дыханье ощущал.

Он слышал, как крадется нечто,
на свет не выходя.
Лишь рядом что - то завывало,
неведомо кого зовя.

Вот зверь неведомый скребется,
кровь в венах холодит.
То тихо за спиной крадется,
то громко, по бокам сопит.

Деревья больше не стонали,
Асколу вслед они кричали.
К деревьям близко, он не подходил.
И заросли густые обходил.

Ночь опустилась незаметно,
идти вперед, было нельзя.
Остаться в темноте опасно,
настало время для костра.

Охранный амулет сжимая,
Аскол подвинулся к огню,
нередко меч, он поднимая,
смотрел во тьму.

И там во тьме, за гранью света.
Высокий силуэт стоял.
Хозяин мрачного он леса,
в руках булаву он держал.

Сверкали в темноте клыки,
и были красные глаза видны.
Что ненавистью злой полны.
И набежали звери.

Мелькали тени их, вокруг костра.
Не выходя в круг света.
Все чаще блик, тьму разрывал,
Аскол огни и молнии бросал.

Слышны лишь были звуки визгов,
когда Аскол в них попадал.
Клац острых, как ножи клыков.
Тихонько кто - то завывал.

Хозяин леса в свет шагнул,
огромною булавою взмахнул.
Он был высок, широк в плечах,
с узлами мускул на руках.

С уродливою головою зверя,
но человечьим, было его тело.
Вместо зубов, звериные клыки.
Из черепа его, рога росли.

Густою шерстью он покрыт.
Под костными доспехами сокрыт.
Шагнув вперед, булавою ударил,
и след, удар тот на щите оставил.

Он щит невидимый, когтями рвал,
на щит своих зверей он посылал.
В лесу он ночью правил бал,
а днем, он уязвимый, спал.

На щит звери бросались массой темной,
но не пробить стены им мощьной.
Аскол заклятьем, вызвал свет дневной,
разрезал тишину, безумный вой.

Хозяин леса, отступил во тьму,
послал шар света, Аскол во след ему.
Шипение раздалось, дикий крик.
По лесу прокатился и затих.

Теперь Хозяин Леса,
Во свет не заступал.
Вокруг, от костра света,
быстрее он шагал.

Вторую ночь, Аскол глаз не смыкал,
ведь рядом, кто то ползал,
ходил, рычал, летал,
И сам хозяин леса, круг света заступал.

Взоры Аскол, на небо все бросал,
и с нетерпением, рассвета ждал.
Но сквозь ветвей сплетение,
видел Луны свечение.

Глаза ж зверей, во тьме горели.
И на Аскола пристально смотрели.
Вот кто - то сзади наскочил,
но от щита, он отскачил.

И с ужасом, Аскол вдруг осознал,
на третью ночь, не хватит, силы амулета.
И хладный пот, Аскола прошибал,
На третью ночь, возьмет его Хозяин Леса.

Нельзя здесь больше, было ночевать,
быстрее выход, надобно искать.
Сквозь ветви пробивался, еще не яркий свет.
Время пришло. Настал рассвет.