Они

А теченье рек не стримится к Богу:
всё бежит к вокзалу сто лиц убогих.
Приминая собой пустые страницы,
облепляют саманом стены горнИцы.

И сухой мой слог не изменит мотива,
не одеть мне прозы в листы верлибра.
Погибают стихи, как гибнут люди:
мы привыкли всё получать на блюде.

В каждом доме боги и есть богини;
заключаем в скобы жизни линий.
Из гнилого сырья не выйдет каши,
делим жизнь свою на "чужих" и "наших".

Говорят, что волки -- санитары леса
[это тоже смотря из какого замеса].
Мы по лужам ходим, мы пьем рассветы --
к счастью, есть луна, но прикрыта лесом.

Из окон смотрю: живу на арене --
пусть под гнетом стекол, но зато -- не в плене.
И бегут авто по кривой дороге.
Пусть стою на черте, но зато -- не в остроге.


Рецензии