оно
память зеркал
гулкий колодец детства
место куда испуганной птицей любовь улетает в негаданный миг
оно
тайник предшествия
тайный немой двойник
одно ли оно
как свет
или делится
как вода на каждого
что для лукавого сфинкса означает слово давно
в муках оно рождено
вопли ежесекундны
есть ли в далёких водах исход для его кораблей
оно
источник жизни от зевса до онасиса или нечто большее и равнодушное к нам
похоже оно хоть немного на неугомонный гольфстрим
оно
берег или река
оно истекает
как белая ночь
оно прибывает как поезд–день
можно ходить по нему назад
на запад
взбираться
могут ли волны в море сравниться с ним в совершенствах
его белый
кроме белых дождей
его музыка
его красный
кроме красной любви
противоречие
его чёрный
кроме чёрных колоколов
сердца
день и ночь
его инструменты
болеет оно
всегда здорово
где его будущие запасы
сколько пор в столетии
четыреста или четыре
есть ли бог у него или оно божественно
почему оно в сердце печали стучится
одержимо
как нить
нанизало птичьи сердца
оно всеядно
мы ему отданы
не оно ли
воронка
слизнувшая столетья лицедейства луны
что помнят о нём однолетние травы
законченные войны
секундные стрелки
любит ли оно солнце
предпочитает ли забвение
оно
вселенский сквозняк?
время
© Copyright: Бонзо Бонзо, 2009
Свидетельство о публикации №109101308482
Свидетельство о публикации №109101308482
Рецензии
Это не стихотворение, а сеанс гипноза местоимением.
«Оно» — и пошло-поехало: колодцы, птицы, тайники, сфинксы, корабли, гольфстрим, белые ночи, поезд-день… Как будто автор открыл коробку с метафорами, высыпал всё на пол и торжественно объявил: “Смотрите — Космос!”
Главный трюк - время здесь ведёт себя как швейцарский нож: то река, то берег; то сквозняк, то воронка; то здорово, то болеет; то почти Бог, то “есть ли бог у него”.
Ощущение, что “время” — просто предлог устроить метафорический марафон, где важнее не смысл, а чтобы дыхание не сбилось на очередном “оно”. Автор почти находит конкретику… но тут же пугается и снова ныряет в туман: “его белый”, “его красный”, “его чёрный”. Это как презентация цветов в магазине, где продавец загадочно шепчет: “Этот белый — кроме белых дождей…” — и ты такой: так это белый или философский отжим белого?
В целом текст выглядит как попытка переписать энциклопедию времени в режиме “поэтический дым-машин”: красиво шумит, светится, иногда даже завораживает — но на вопрос “а что именно хотел сказать автор?” уверенно отвечает… оно.
Жалнин Александр 26.01.2026 20:04 • Заявить о нарушении
«Оно» — и пошло-поехало: колодцы, птицы, тайники, сфинксы, корабли, гольфстрим, белые ночи, поезд-день… Как будто автор открыл коробку с метафорами, высыпал всё на пол и торжественно объявил: “Смотрите — Космос!”
Главный трюк - время здесь ведёт себя как швейцарский нож: то река, то берег; то сквозняк, то воронка; то здорово, то болеет; то почти Бог, то “есть ли бог у него”.
Ощущение, что “время” — просто предлог устроить метафорический марафон, где важнее не смысл, а чтобы дыхание не сбилось на очередном “оно”. Автор почти находит конкретику… но тут же пугается и снова ныряет в туман: “его белый”, “его красный”, “его чёрный”. Это как презентация цветов в магазине, где продавец загадочно шепчет: “Этот белый — кроме белых дождей…” — и ты такой: так это белый или философский отжим белого?
В целом текст выглядит как попытка переписать энциклопедию времени в режиме “поэтический дым-машин”: красиво шумит, светится, иногда даже завораживает — но на вопрос “а что именно хотел сказать автор?” уверенно отвечает… оно.
Жалнин Александр 26.01.2026 20:04 • Заявить о нарушении
На это произведение написано 16 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.