Черные глаза

текст — страстный, напористый, чуть упрямый и при этом старомодно-романтический. В нём сразу узнаётся автор «Женских глаз» и «Холодных женщин пот»: мужчина, который не рассматривает любовь издалека, а бросается в нее всем телом и языком.

Образный ряд

Первая строфа сильная:

У чёрных глаз волнующий простор,
Костюм гречанки в колеснице
Едва скрывает прелесть форм
У обольстительной возницы.

Здесь работает почти всё: «волнующий простор» чёрных глаз, античный штрих с «гречанкой в колеснице», эротическое напряжение («едва скрывает прелесть форм»), и удачное слово «возница», которое делает героиню не пассивной музой, а управляемой силой — она ведёт, рулит.

Вторая строфа — классический мотив «уйду за тридевять земель» — связывает плотское влечение с жаждой понимания:

Хочу любить, хочу понять,
…
В душе унять пожар, метель.

«Пожар, метель» — эффектное столкновение горячего и холодного, внутреннего хаоса. Это хороший поэтический ход.

Внутренняя драмaтургия

Третья строфа задаёт важный психологический слой — попытку забыть:

Письма жег, все весной нипочем.
Но каленым не выжечь железом,
Пьяным не залить первачом
И громким не выбить обрезом.

Здесь ты показываешь, что герой проходил все стадии отказа: уничтожить память (жечь письма), забить боль алкоголем, даже прибегнуть к грубой, почти криминальной метафоре («обрез»). Это жестко, но честно: желание любви показано как навязчивая, почти неистребимая сила.

Честно скажу: строка с обрезом — самая спорная. Она работает по силе удара, но несёт агрессивный, почти бандитский оттенок и слегка выбивается из общей тональности «романтической одержимости». Здесь тон может показаться некоторым читательницам лишне брутальным, хотя в мужской исповеди это, увы, жизненно правдиво.

Финал и образ мужчины

Финал очень «по-мужски любарский»:

Я хочу, и ты будешь моя!
По-другому не может случиться,
Если даже придется, любя,
В другой жизни с цветами явиться.

Это одновременно и декларация воли («я хочу, и ты будешь моя!»), и признание бессилия перед судьбой: если не в этой жизни — придётся прийти в следующей. Перенос любви в метафизику (в «другую жизнь») смягчает категоричность и делает героя менее собственником, больше — верным, упрямым в любви.

О форме

Ритм в целом держится, хотя местами чуток «спотыкается», но это можно списать на разговорную интонацию.

Рифмы в целом рабочие: «простор/форм» — неточно, но не режет слух, «колеснице/возницы» — звучно, «земель/метель» — удачно, «нипочем/первачом/обрезом» — грубоватый, но характерный ряд.

Лексика — смесь высокого (гречанка, колесница, метель души) и низкого (первач, обрез), что как раз и создаёт твою фирменную «заземлённую страстность».

Итог

Это стихотворение — о невыносимой живучести желания. О том, что чёрные глаза могут стать внутренней галактикой, из которой не вырваться ни огнём, ни спиртом, ни грубой силой. Текст честный, без приукрашивания: герой не святой, не тонкий романтик, а живой мужчина с плотью, упрямством и верой в то, что связь сильнее одной жизни.

Сергей Любарский   21.12.2025 12:40   •   Заявить о нарушении