Говорила она...

Говорила она, украшая слезами румянец
И не зная, услышишь ли эти простые слова,
О последнем штрихе, аккуратно завёрнутом в глянец
Опечаленных строк. Суть сквозного штриха такова:

«Коль взаимности нет, то зачем эта жалкая милость?
Снисхождение хуже, чем пошлое, злое враньё.
Защищаю своё, но защита от слёз растворилась -
Кислотой безразличия ты уничтожил её.

Отпускаю тебя. Разрываю секретные нити,
Нас связавшие крепко, казалось бы… нет. Это ложь…
Ты всегда оставался вдали. В самой гуще событий
Затерялся надолго. Искала. Но как же найдёшь…

Для тебя со скалы вниз срывалась в пучину морскую,
Для тебя собирала в подземных ущельях пирит…
Ты считаешь, что я никогда-никогда не тоскую?
Ты считаешь, железная леди не плачет навзрыд?

Если ты независим и горд, не нуждаешься больше
Ни в тепле, ни в участии. Я не держу. Уходи.
Разрываюсь на части, но сердцу ни лучше, ни горше
От того, что решение твёрдое зреет в груди.

Не дождаться улыбки, ты – скуп на ответную нежность.
Не выходит быть вместе, так может, получится – врозь?
Для чего я взяла на себя полоумную смелость
Караулить ночами, чтоб милому сладко спалось?…

Бью наотмашь без тени трусливых, тщедушных сомнений;
Изваяньем стою, коли нужно, пылаю в аду.
Мне не страшен ни смерч, ни проклятье чужих измерений.
Я всегда говорила – одна по канату пойду!

Я всегда говорила – меня не пугают драконы
Да и крысы в подушках давно безразличны. Лови
Свод законов обратно! Ведь я – неподвластна законам
Ледяных королевств безответной, надменной любви!

Для тебя я не буду парить в поднебесье орлицей
И по новому эллипсу грешную Землю вращать!
Ты берёшь и берёшь, но взамен не даёшь ни крупицы
Теплоты и симпатии. Что же. Свободен! Прощай!»

Пред уходом исполнила свой ослепляющий танец.
Под ногами её от рыданий взрывалась трава.
Говорила она, украшая слезами румянец
И не зная, услышишь ли эти простые слова…

02.06.2009