Юрий Власенко. Стихи

КЛАССИКА

Агама
Пройдя сквозь искус удивленья,
От удивления устав,
Она решила все сомненья
Частицей мирозданья став;
Навек вручив свою свободу
Движенью непонятных сил,
Чтобы постигнуть их природу
Безумный разум не просил.

Размеренно плывя сквозь время,
Свою мечту другим отдав,
Несет бесстрастно солнца бремя
На камнях тело распластав.
 

Вновь всходит солнце сновидений

Вновь всходит солнце сновидений
И освещает мысли путь,
В душе таинственных растений
Мерцает истина как ртуть.

И мыслей стройных изваянья
Плывут по воздуху ко мне,
Но спят во мне мечты познанья
И улыбаются во сны.

Как воздух тело обнимая
Течет мышление дубрав.
И ходит девочка нагая
Расчесывая пряди трав.
 

В пространстве плавает паук

В пространстве плавает паук
Держа лучи во рту.
В локтях согнул он восемь рук
И обнял пустоту.

Сверяя с нею свой чертеж,
Он точностью томим.
Но вместе с истиною ложь
Всегда стоит над ним.

Что пустота? Что суть ее?
Но мыслить обречен,
Пронзив лучами бытие
Плывет в пространстве он.
 

Стихи

Ночь ход часов остановила,
Природа вынула магнит
И пальцы в череп опустила,
Где сонная душа лежит.

И небо неизбывность слова
Вдруг ощутит в себе, пристав,
Когда душа проснется снова,
Себя, рукой природы, сжав.

Вулкана оком мир увидит,
Тунгусским камнем упадет,
Как сгусток счастья горлом выйдет
И сквозь бумагу протечет.

Вступив в иной придел познанья
И ставши временем самим,
Она сольется с мирозданьем,
Чтоб вновь задуматься над ним.
 

Последняя книга

В краю безвестных откровений,
За верхней гранью облаков,
Лежат тома стихотворений
На крайних выступах миров.

В последний миг существованья,
Усилием предсмертных спазм,
Они возникли из сознанья
Как завершающий оргазм.

Замолк о чем-то Заболоцкий
И, силясь дать о счастье знак,
Последний раз плывет без лоций
Захлебывающийся Пастернак.

Друг в друга истины вложились
И совершились все дела,
И в книги перевоплотились
Похолодевшие тела.

И смерть одернула покровы,
И, отлетев на выступ свой,
Лежат тома, как счастье новы,
Невероятны, как покой.

Звездой таинственною сшиты,
Они безвестны навсегда
И пленкой девственной покрыты
Неизъяснимого стыда.
 

Нас было много

Нас было много. И как скоро
Мы все успели умереть, -
Среди привычного позора
Нас невозможно разглядеть.

Мы ловко грузик утопили
Своих талантов и невзгод
И бодрой пробкою поплыли,
Толкая пробковый народ.

Во всякой дряни преуспели,
Но почему-то до сих пор
Мы вспоминаем, как смотрели
На небо синее в упор.

Но чтоб поменьше нас толкали,
И чтоб сподручнее толкать,
Мы небо тщательно смотали
И затолкали под кровать.

Мы ночью по пустыне бродим,
Вся жизнь давно на нет сошла,
А днем внушительность наводим
На наши плевые дела.
 

Звезда

В зените не дрожа стояла
Мечта тяжелою звездой,
Но ты откладывал начало
Перебирая прах земной.

И притяжение земное
Ты очень мудро объяснил:
Мол, дети там и все такое -
Себя ты в жертву приносил!

Сам Бог тебя звездой отметил
И - сколько лет прошло с тех пор?
Ты и кощунства не заметил
Детьми прикрывши свой позор.

И свод небесный развернулся,
И речка стала, не дыша.
Но слишком поздно ты проснулся, -
Сказала, уходя, душа.
 

Корабли

И зачем теперь корабли?
Мы доплыли до края Земли.
Что тут делать мне и как быть,
Может, время корабль затопить?
Или встать пора на прикол?
Я ведь - тоже - всю жизнь сюда шел?

Конец света и слишком темно,
Мне не выжить здесь все равно.

Странно шутит сегодня Творец!

Поплыву на другой конец.
 

И как же вам верить?

И как же вам верить?
Вам сны - не реальность.
Так с чем соразмерить
Все зло, всю банальность?

И как же возможно
Сквозь щель трафарета
Узнать, что жить можно
Лишь тем, чего нету?

Ведь только оттуда
Тяжелым теченьем
Реальное чудо
Приходит в движенье:

Слиянье открытий
В сияющий слиток,
Бездарность событий -
В судьбу без прикидок.
 

* * *

Не предлагай Богам ни труд,
Ни боль. Твой подвиг - отреченье.
И лучше пусть стихи умрут,
Чем их порочить сочиненьем.

Иначе смолкнут небеса -
Ведь суета всегда напрасна:
Не обитают чудеса,
Где все подсчитано и ясно.

Не покидай своей души, -
Живи! - Вот все твои уроки.

Но строго в книгу запиши
Тебе ниспосланные строки.
 

* * *

И печать упала
На вчерашний день.
Очень тихо стало, -
Плач, кому не лень...

Но - играют дети,
И - идет кино,
Так что всем на свете
Это все - равно.

* * *

Опять к нам благосклонны небеса
И песни Аонид звенят и обжигают.
Едва слышны глухие голоса.
Которые с Земли нам угрожают.

И только с неба виден путь Земли,
Но не поверят нам, когда даст Бог
    вернуться
И песни Аонид, что мы вам принесли,
У вас в сердцах не отзовутся.

И с осуждением на нас толпа глядит,
И вне закона нас законы ставят.
И мы умрем. И песни Аонид
Нас незаслуженно прославят.
 

* * *

Приснилось мне, что жизнь моя прошла
И с облегчением душа рассталась с телом,
Движением одним закончила дела,
Чтоб, наконец, всерьез заняться делом.

Что звездный час навеки наступил,
Что все мечты легко в одну сложились,
Что, наконец, и я заговорил
Так, словно с Богом мы договорились.
 

* * *

Уже не спрашивал я: "Что ты?"
Как шелуха, ненужный вздор
Отпали беды и заботы
И завершился с жизнью спор.

Так вдруг, свой образ отвергая,
С ним расстаемся, не скорбя,
И жизнь, налитая до края,
Нас поднимает до себя.
 

* * *

Невоплощенная душа
Томится по земному телу
Как по прекрасному уделу
А  тело ходит не спеша
И - для чего ему душа?
 

* * *

Казалось, что - обречены:
Мы так запутались с делами.
Но не оставили нас сны
И мы живем своими снами.

И не всегда понятны нам
Нездешней мысли откровенья,
Но мы внимаем нашим снам
И ждем высокого прозренья.

Уже давно на стол легли
Нам продиктованные строки,
Но до сих пор мы не смогли
Извлечь последние уроки.
 

* * *

У омертвляющих стихий
Такие странные затеи
Зачем? Зачем стоят стихи
И собираются идеи,
Когда, чуть движим вдоль черты,
Разбит бессмысленным недугом,
Лишь разве выжить хочешь ты,
Накрытый болью и испугом?

И с безразличием гляжу
На строчки чуждые и скоро
Их забываю и лежу,
И жду здоровья и простора.

А там, где тело зазвенит
И жизнь покатится живая,
Меня притянут как магнит,
Воображенье поражая,
Те позабытые стихи
И беспорочные идеи...

У омертвляющих стихий
Такие странные затеи...
 

Все герои

Мне уже не успеть, не успеть! -
И трагедия движется к краю -
Я последнюю сцену читаю:
Все герои должны умереть.

Я - вернулся, мой маленький друг...
Что ж? Давай доберемся до края!
Кто-то там, нашу книгу читая,
Безнадежно посмотрит вокруг.

И ему, как и мне, не успеть,
Хотя все он, как я, понимает,
Но что делать? Он драму читает:
Все герои должны умереть.
 

* * *

Нет, виной не мосты,
Не игра, не закаты:
Отслоились черты,
Превратились в "когда-то".

Опадет слюда
И слоится посуда...
Лучше - встать вон туда
В ожидании чуда.
 

* * *

Его отпели. Но ведь он
Всегда отпетым был, -
Когда глотал одеколон,
Когда бычки курил,
Когда был прав и виноват
На все узнав ответ,
Когда вернулся он назад
Насквозь пройдя сквозь свет.
 

* * *

На этом свете жить
Я вовсе не умею
И про него забыть -
Вот все, чем я владею.

А в нем все вкривь и вкось -
И он меня достанет,
И вновь пройдет насквозь,
И вновь смертельно ранит.

Собрав остатки сил,
Я вновь его забуду:
Я мира не просил
И жить я в нем - не буду.
 

* * *

Еще не все непоправимо,
Еще: быть может, выход есть,
И, может быть, он где-то здесь, -
Но мы опять проходим мимо.

Опять ломается кора
И извергаются вулканы,
Опять себе наносим раны
И думаем, что нам пора

Закончить то, что дали даром.
 

* * *

И нет у слов конца, а все одни начала.
И Слава Богу так, иначе б не сдержать
Того, что все прошло, того, что слишком мало,
Того, что знаешь все, чего не нужно знать,
Того, что все сорвал, того, что все искомкал,
Обидел без вины, не ту вину простил,
Того, что в сердце жизнь стоит таким
     осколком,
Что сдерживать ее давно уж нету сил.
 

* * *

Я придуряюсь как могу,
Как хочется и как умею,
Но даром жизни не владею
И ничего не берегу.

Я голову с себя бы снял
За то, за это, за другое, -
Но вот опять попал в туман
И снова черти что такое!

Опять разломы, лава, рвы
И катастрофы днями водят,
Но бросили меня и вы,
Хоть и за дело так выходит.

Я всех смутил и оскорбил,
И обманул, и облапошил,
Хотя, на дне последних сил,
Мне кажется, что я хороший.

Но если вновь взять жизни нить,
То как по ниточке подняться,
Чтоб никого не загубить
И самому не потеряться?
 

* * *

И что же жизнь? Других же убивают.
Вот и меня когда-нибудь убьют.
Заздравный кубок выше поднимают,
Когда в последний раз хмельное пьют.

И что же смерть? Пусть будет нам наградой
На зависть всем - живым, полуживым.
Что надо мне? Мне ничего не надо.
А выше нет судьбы под небом сим.
 

* * *

Измена не изменит нам!
Так почему не положиться
На этот бред, на этот хлам,
На то, что все равно случиться?

Осмыслим молча, загодя
И перестанем торопиться
И, может тихо уходя,
Поймем, что не на что нам злиться,

Что получили мы с лихвой,
Такого, что и не присниться,
И что давно пора домой,
Чтоб отдохнуть и подлечиться.
 

* * *

И ходим мы, глядим по сторонам,
И чувствуем, что есть другие сроки,
Истоки, времена, пространства и пороки,
И доблести того, кто  непонятен нам.
 

* * *

В голове звенит от капли яда.
Создатель мой! Но ведь и ты блажной!
И потому не можешь Ты как надо,
А я, мой Бог, всего лишь образ Твой.

Лицо Твое, обмякшее с пропою,
Вдруг отражают зеркала икон.
И я ищу и становлюсь собою -
Ведь нам с Тобою - только Твой закон.

И вот когда сквозь лица проступает
Твой Лик, определяя путь земной,
Вся тварь ползет и Бога прославляет,
И мы с Тобой идем, идем Домой.
 

Апофактическое

Я слово позабыл, что я хотел сказать,
Но знаю я - не то, не то, не это.
Уже рассвет и поздно вспоминать
То слово, стертое до света.
 

* * *

Мне невпопад безумье и безделье,
Мне невпопад безденежье и хмарь,
Мне невпопад былые откровенья
И мне совсем не нужен ваш фонарь.

Концы времен давно уже настали:
Кто вор, а кто изменник, кто святой?
И в нас давно все механизмы стали,
Пружина кончилась и прекратился бой.
 

* * *

Нет песни тяжелей, нет муки произвольней,
Нет способа дожить и не дожить нельзя:
Самоубийство - жизнь, в нем действует
      стремленье,
Стремлений нет у нас и мы еще живем.

Спокойный день прошел. Кого-то там
      Распяли
Под выкрики толпы, еще ценящей жизнь.
Но и они давно все тише, тише.
Рим кончился. А больше нет мечты.
 

* * *

Стрекозы в вечности над озером висят,
Земля давно остановилась,
И в сердце боль угомонилась,
И навсегда установилась
Та область времени, где все часы стоят.
 

* * *

Хоть сердца нет - оно еще болит,
Фантомной болью наполняя тело.
И ни одна звезда не говорит,
И до меня ни у кого нет дела.

И дней остановился хоровод,
Все тянется один, как наважденье.
И только старость набирает ход, -
Последнее живое откровенье.
 

* * *

Давно я ничего не значу
И значит - так и суждено.
Мне и удача - в неудачу:
Сюда звено - туда звено.

И лишних слов давно не трачу -
Что так, что эдак - все одно.
Но плачу по тому я плачу,
Каким не плакал я давно.

ТРАКТАТЫ

* * *
Ты
Обессмысливаешь мое существование
И даешь ему смысл
Борьба с Тобою
Отнимает и наполняет мою жизнь
Этот зыбкий призрак
Обитающий между Ничто и Мирозданием
Химера
Которая их объединяет
Агрегат
Через который они переливаются
Друг в друга
Безумие
Которое их породило
 

Венец Творения

Сон
Первых дней Творения
Населенный ангелами
И еще не совсем придуманными людьми

Теперь
Люди вполне оформились
Им уже ничего не снится
И перед входом они повесили табличку=
"Венец Творения"

Каждый из Богов
Если захочет
Может ее прочесть
 

Воплощение

Все истины рождаются в стихах

Под их взглядом
Колеблется вчерашняя ясность
И суетятся сегодняшние теории

Они
Излучают свет
Но живут в потемках

И лишь пройдя Мироздание
    насквозь

Их свет
Упадет и на них
И они обретут
Прозрачные тела формул

И тогда
Стихи умрут
 

Если меня нет

У меня множество разных дел
Как и у многих других
Которых нет
А свое появление на свет
Я откладываю до лучших времен
Когда утрясутся мои
Несуществующие заботы
Несуществующего человека

Ведь если так сразу
Бросить все несуществующее
Будет слишком много
Несуществующих неприятностей
 

* * *

Cпоткнувшись
Я обнаружил
Что человека который пытается
  удержать равновесие
Эту конструкцию
Так виртуозно взаимодействующую
  с действительностью
Посредством приводных ремней
И зубчатых колес
Эту уважаемую личность
И вершину адаптации
Я знаю слишком давно

Может быть следовало упасть?
 

Движение
на тему Н. Рериха

Незнающий - страдает
Познавший
Удивляется легкости овладения
Овладевший -
Становится незнающим
 

Из Гераклита. Коллаж.

Истина едина
А люди живут так
Как будто у каждого из них
Она своя
Смертью друг друга они живут
Жизнью друг друга
Они умирают
Когда спят - видят сны
Когда бодрствуют -
Смерть
 

* * *

Мне страшно незаписанных стихов
Я их забыл
Одни глаза остались посреди
Пустого небосклона
Ночью каждой
Я прихожу к Тебе за наказаньем
И смотрю
Как вздрагивают звезды
И жду Твоих речей
И буду долго ждать: я никогда
Небес не оскорблял писанием стихов
 

* * *

Так жизнь прошла
Как мы с тобой прошли
Совсем немного рядом и трава
Росла и звезды
Светились и стихи
Писались раз или два
Когда с судьбой столкнувшись
Разошлись у поворота
 

* * *

Я все время двигаюсь
И потому вытягиваюсь
На фотографии, смазываюсь,
И, конечно, получаюсь нечетко
Даже при минимальной выдержке,
Почему возраст мой,
Согласно Эйнштейну,
Меняется фантастически медленно.

Я получаюсь смазанным на фотографии,
Но и зеркало
Не держит на меня зла
И не останавливает меня,
Когда я
В нем не отражаюсь
И иду дальше.
 

* * *

Механизм у статуи прост
Часто
Он состоит из однородной массы
Но некоторые статуи
Ходят гораздо дольше часов
Ручных
Настенных
Напольных
И башенных
И поэтому уходят иногда
Очень далеко
 

От фактов - к действительности

Ты дергаешь меня за руку
Ты требуешь:
Они тоже хотят жить -
Эти закаты и улицы

Дома и облака
И люди

Прости меня
Они еще плохо хотят
И я
Их еще не придумал
 

Ангелы

А звезды падали... И кто-то
Загадывал желанья и они
Всегда сбывались. Это были
Не звезды: ангелы спускались
Ночью темной,
Чтобы отметить тщательным крестом
Дома невинных.

А по утрам,
Простые люди, просто палачи
По тем крестам привычно узнавали,
Кто из них
Невинен. И в ангелов
Невинность превращали.

А ночью ангелы спускались,
Как звезды падали. И кто-то
Загадывал желания.
И небо
Всех принимало...
 

Когда небеса закрываются

Когда небеса закрываются тучами
Когда умолкают голоса
Когда я уже ничего не вижу и не слышу
Чтобы не сойти с ума
Я записываю все то
Что видел и слышал

И со мной начинают обходиться
Все уважительней:
Откуда что берется у шалопая
Может ведь когда захочет
Ему бы характер и волю
Порядка бы побольше
И из него был бы толк

Они не знают
Что я на вынужденных
Каникулах
 

* * *

Когда-то
Все автомобили были черной кассой
Или вкладом в банке

Потом
Они стали женщиной
Которая предусмотрительно
Была вдовой
 

Стихотворения 28 апреля 1990 года

Ясность
Но она слишком прозрачна
Чтобы ее замечали

Расходится муть метафор
И по ним
Гадают
  *
Последняя капля
Как не хочется
Умирать от жажды
  *
Лента Мебиуса
Скатанная в шарик

Теперь
Все рядом
  *
На тот свет из этой темноты
  *
И умер он без показухи
  *
Всегда - отсюда

А говорим:
- Туда, туда!
 *
Знаете ли вы
Что...
 
Никто не знает
  *
Если долго сосредоточиваться
Можно прожечь мир
Насквозь
    *
 Камни падают
Но нас
Хранит Бог
 
А вчера
Пошел дождь
   *
Смерти больше нет:

Я пережил самого себя
    *
 Я вспомнил
Свои предыдущие воплощения
 
Они были неудачными
    *
 Хорошо
Если сказали за тебя
 
Но никто не говорит
   *
Я взвешиваю каждое слово
И с каждым разом
Оно тяжелее
Тяжелее
 
А слов много
    *
 Закончился сон
И я проснулся
 
Но и этот сон
Скоро закончился
    *
 Когда я вернулся
Все уже переставили

Кто? Зачем?
    *
 Когда из квартиры
Вынесли все вещи
В ней появилось эхо
 
Оказалось
Что я не один

И я остался

 
 Последняя ночь
 
 Звенели ночью зеркала
 Как трансформаторы
 И вбирали
 Последние блестки
 И тени
 И к утру
 Высосали все
 
 И замолчали
 
 
 А я все живу, живу
 
 С  каждым днем
 Все больше
 И больше
 

* * *

И вот уже четыреста страниц,
Написаны. И в папке голубой
Они лежат, узлы превозмогая,
Как крови насосавшийся упырь
Под сетку угодивший,
 
А мир вокруг и бледный, и пустой...
 

* * *

Гости собрались
Но кто они, мне неизвестно:
Кто из них умер, кто жив,
А кто никогда не родился.
 
И рассказали мне гости
Про то и про это -
Про то рассказали: про что уж и
   некому вспомнить,
И рассказали про то, что и было,
Но с теми, кто не был,
По диким причинам, случайным, совсем
   не случился.
 
Господи, как благодарен
Тебе я за то, что
И смерть Ты попрал,
И не существованье от века.
 
 
 * * *

 Ночью
 Я посмотрел на небо
 
 Сколько сносок!
 

 * * *

 На Пути
 Всегда много препятствий:
 Заборы, дома, учения,
 Тропинки, книги
 И бетонные шоссе.
 

* * *

Еще два шага
Еще шаг
 
Мы еще погуляем
 
 
 Слепые статуи глядятся в зеркала
 
 А зеркала в зеркала
 В зеркала
 И вот уже подмигивают друг другу
  И птички откуда-то
 Поют и летают
 Рестораны
 И собаки в ошейниках
 И то и се
 И целая эволюция
 И царства
 И галактики
 
 А те статуи
 Со всеми зеркалами
 Давно затерялись в других зеркалах
 И прогресс движется
 Движется
 Жизнь кипит
 И мы
 Недаром уверены
 В своем бессмертии

 
 Выбор есть всегда:
 
 Зеркало
 Чтоб войти
 И окно
 Чтоб выйти
 
 
 Удетерон 1995
 
  Недоумение сопровождает нас
    *
  И выпьем все не торопясь
    *
  Опять я вчера постарел
 
  Никогда
 А именно сейчас
 Есть все-все
 Все
 
 Кроме меня самого
 

* * *

Он меня подозвал
Я на шаг подошел
Я не понял еще
Отчего этот запах
Он пропитан был весь
Потом грязью и тьмой
И не смог я сдержать
Свой позыв проблеваться

Он устало смотрел
Сквозь алкашную муть
На меня как на вид
Слишком - слишком знакомый
А потом объяснил
Когда вытер я рот
Что не выродок он
Впрочем это неважно -
Кто я -  вурдалак
Как положено кровью
кормленный
Его и таких
Как и он
За чей счет все идет
И такие как я
Существуют
 

* * *

Жизнь моя
Приснилась моему старому знакомому
Вся
Год за годом
Десятилетие за десятилетием
И ко времени
Когда зазвонил будильник
Он давно уже забыл
Что кроме моей
Была у него и своя жизнь
И когда он встал
И посмотрел в зеркало
Он увидел в нем
Своего старого знакомого
И подумал
Что тому тоже
Наверное
Что-то приснилось
 

* * *

Короче!
Короче!

Вот и хватит...
 

* * *

Мы во сне повстречались
Какое везенье!
Мы не виделись так давно
Наяву
В одной комнате
В одной жизни
В одном сне
 

* * *

Уезжаю каждый день
Уезжаю
Хоть раз куда-нибудь
Приехать
 

* * *

Все зеркала со мной
Сверкают из утренней дымки
И открывают чуть освещенные аллеи
И хорошо видно
Как где-то там
В глубине
Переплетаются с дорогами других миров
И можно выйти на любую из них
И можно перейти на другую
И всегда можно вернуться обратно
На знакомую улицу
И пойти домой
Где все так успокаивающие привычно
Но нет больше того чего быть не должно
И быть не может
 

* * *

Для всех моих рук
Столько кресел, стаканов, цветов,
Газет, карандашей
И песка,
Что просачивается сквозь пальцы.
 

* * *

Я вылупился из яйца
И никак не мог понять
Сколько у меня ног
Колец
И шерсти

Я долго старался
Устал
И заснул

Проснулся я бабочкой
Быстро посчитал все что было
И стал летать вокруг куста
Где недавно
Никак не мог разобраться
Сколько у меня ног
Колец
И шерсти

Гусеницы показывали на меня
Сразу десятками пальцев
И так сильно смеялись
Что падали с куста на землю
Где их неторопливо
Склевывала курица

 
Стихотворения 30 мая 1998 года

Вчера
Он обещал всю справедливость
Полностью
До капли

Сегодня
Она уже началась
  *
Путь
Сквозь миры закончился
Я вернулся
И только теперь
Я дома
  *
И наконец
Все совпало

А вокруг
Продолжают твердить о смерти
  *
Зло обязывает
Поэтому
Лучше ограничиться
Добром
  *
Это была
Последняя истина

Но она оказалась в начале
Нового списка
  *
Молчите
Молчите
Вы опять мешаете мне
Понимать вас
  *
Главное в том
Чтобы не застрять на главном

Именно так
Остаются ни с чем
  *
Безмерные сны -

Столько органов чувств
Что и не снилось
  *
Прошла ли вечность
Между столетиями
Или между  соседними секундами
Она-
Вечность
  *
Кошки
Легко проходят сквозь сны
Для собак же
Это опасно
  *
Теперь
У меня есть все

От остального
Я могу отказаться
  *
Кондуктор
Не требует у меня денег

Я давно за все
Заплатил
  *
Музыка и стихи
Неотвратимы
Даже
Без мечты
О звуке

 
Удетерон 1998

Я сегодня остался в живых
  *
Причины кончились и началась судьба
  *
Но как прекрасен был наш путь
напрасный
 *
Вот и вчера настало
  *
Нет повести точней, чем со смертельным
иском
 

* * *

Слава Тебе, Господи, - время идет
Хоть идет не туда
Но могло бы
И вовсе стоять
Ну а так
Пьяное время мое
То ползком
То зигзагами
Мы с тобой доберемся
Как не раз уже
Добирались
До дома
 

* * *

Время бросать камни
И время собирать

А я все бросаю...
 

* * *

Я пишу на стенах домов
Твое имя
И я думаю
Это ничего
Что я пишу твое имя
На стенах домов
Совсем другого города
 

* * *

У меня в больших фужерах
На столе
Стоят
В одном - фломастеры
В другом - шариковые ручки
В третьем - еще школьные
ручки с перьями
В четвертом - цветные
карандаши
А в пятом карандаши
   простые
Которыми я обычно пишу
Два простых
И один химический

Сегодня
Я хотел начать новую повесть
Но вместо трех карандашей
Нашел только один
Химический

\\\
* * *

Камни падают
Но нас
Хранит Бог

А вчера
Пошёл дождь

* * *

Я вспомнил
Свои предыдущие воплощения
Они были неудачными

* * *

Когда я вернулся
Всё уже переставили

Кто? Зачем?

* * *

Ясность
Но она слишком прозрачна
Чтобы её замечали

Расходится муть метафор
И по ним
Гадают

* * *

А я всё живу, живу...

С каждым днём всё больше
И больше

* * *

Лента Мёбиуса
Скатанная в шарик

Теперь
Все рядом


* * *

Гости собрались,
Но кто

они, мне неизвестно:
Кто из них умер, кто жив,
А кто никогда не родился.

И рассказали мне гости
Про то и про это —
Про то рассказали, про что
                уж и некому вспомнить,
И рассказали про то, что и было,
Но с теми, кто не был,
По диким причинам, случайным,
                совсем не случился.

Господи, как благодарен
Тебе я за то, что
И смерть Ты попрал,
И несуществованье от века.

* * *

Мы снова живы...


Венец творения

Сон
Первых дней Творения
Населённый ангелами
И ещё не совсем придуманными людьми

Теперь люди вполне оформились
Им уже ничего не снится
И перед входом они повесили табличку:
«Венец Творения»

Каждый из Богов
Если захочет
Может её прочесть