Замок таинств

Стремительно несется время, торопя домой моих коллег, задержавшихся на своем рабочем месте по долгу службы, либо по другой любой причине. Гулкий, раскатистый удар тяжелой, дубовой двери возвещает о том,  что завершился ещё один рабочий день, до боли  похожий на все остальные,  и что теперь я – единственный обитатель этого огромного, звенящего своей пустотой и манящего своей загадочностью, старого здания.
Дом этот очень старый с богатой и запутанной судьбой, давно оставленный в прошлом для людей, где каждая ночь непредсказуема и так непохожа на предыдущие. Стихает уличный гул, всё успокаивается и постепенно полностью смолкает, уступая трон ночи – могущественной царице и повелительнице, кутающей своих подданных покрывалом покоя, мрака и тишины. Всё здание наполняется тишиной,  и даже мой собственный шёпот мгновенно умирает, едва сорвавшись с губ.
Как рассказать тогда всё то, что происходит каждую ночь из года в год в этом ночном замке, наполненном тайнами? Многие боятся оставаться здесь на ночь, многие не рассказывают увиденного и услышанного из страха быть названными чудаками, а некоторые просто ничего не видят и не слышат. Я тоже избегаю откровенных разговоров на эту тему и, потому, ложатся мысли мои на белый лист бумаги, обещающий хранить молчание о том, что видел я, но не смел сказать. Меня  уже перестали настораживать ставшие привычными звуки шагов, раздающиеся в ночной тишине, и не пугает меня уже скрип половиц, вот только никак не могу привыкнуть к пустоте, царящей в зале. Где-то раздаются приглушённые голоса, смех, иногда рыдания, вызывающие волну холодного оцепенения. Изредка мимо снуют то белые, то чёрные небольшие силуэты и, кажется, им нет дела до меня. Они не вызывают у меня страха, просто невозможно угадать, когда промелькнёт следующая тень, и невольно вздрагиваю при каждом их появлении, даже когда меня одолевает короткий, мучительный от постоянного напряжения сон, я чувствую присутствие рядом кого-то невидимого, но ощутимого. Иногда я ощущаю на себе  пристальный, изучающий взгляд, но как только открываю глаза, тени поспешно исчезают и словно вновь забывают о моем присутствии.
Ночью оживает сам дом, шевелится, раскачивается и стонет под натиском времени. Массивные двери то удаляются, то неотвратимо приближаются, и я инстинктивно выставляю руки вперед, пытаясь себя защитить. Как нелепо выглядит это продиктованное страхом движение, но я всего лишь человек, и каждое  такое мучительное мгновение длится вечность. Я теряю ощущение времени и реальности, все вокруг начинает расти, и я скоро превращусь в крохотную ничего незначащую точку. Картина, несколько минут назад висящая на стене на довольно приличном расстоянии, вдруг начинает поглощать пространство и нависать своей тенью надо мной. Полную  тишину рассек бой часов, напомнивший мне о существовании времени, и я упал в забытье - спасительный отрывок сна, приносящий короткое забвение, после которого опять тоска и страх. Я уже сам не знаю, кто я, хожу, как привидение по всем комнатам и кабинетам, успокаивая себя обманными мыслями, что все сон. Гоню, гоню время, жду  спасительного утра, а оно словно увязло в тягучем болоте и никак не поспеет вовремя. Все здание погружено в темноту такую холодную, густую и зловещую.
 Вряд ли  кто сможет сохранять ровное дыхание, зная, что когда-то в этом доме располагался в подвальном помещении морг. Это было несколько десятков лет назад, но что значит этот отрывок времени для душ, до сих пор бродящих по ночам неприкаянными, серыми призраками, пугая обитателей своим появлением. Весь дом, буквально переполненный энергией, словно паутиной,  натянутой между комнатами и коридорами, пульсирует и обдает то теплом и лаской, то холодом и могильной сыростью. Теперь я понимаю, что чувствует мышь под неусыпным взглядом кота, который сам еще не решил, что сделать со своей жертвой.
Наконец лениво зевнуло утро, такое долгожданное и спасительное, и я, опустошенный, уставший и разбитый, с радостью встречаю коллег, готовых начать новый трудовой день. Ну, а мне пора домой.
Зевая в своей постели, я задумываюсь о рутине повседневности и суете нашей жизни. Куда исчезла загадка, манящая и чарующая своей непонятностью? Она осталась в ночи, в том доме, который не перестает меня волновать своими таинствами. Следующую ночь я опять пойду туда. Меня не отпускает это чувство привязанности к дому, который хочет поделиться своей историей. Я хочу  попытаться понять, что хочет рассказать ночной хозяин, душа этого старого, так много повидавшего на своем длинном веку здания. Я хочу прислушаться к тихому шелесту, едва внятному шепоту ночи. Мне нравится это своеобразное общение, как будто разговариваешь со стариком, много повидавшим за свою жизнь. Каждая морщина на его лице – история. Надо лишь научиться читать ее, надо просто уметь слышать и понимать окружающие тебя звуки. Мир вокруг нас живой, говорящий, дышащий и взывающий к пониманию. Я называю это «внутренним голосом каждого человека, голосом Разума, голосом Вселенной, голосом Жизни».
Придя вновь на работу, я открываю дверь этого загадочного дома и растворяюсь в заколдованном, старинном замке. Что расскажет он мне на этот раз? На моем столе лежит чистый лист бумаги, часы на стене монотонно отстукивают время. Я твердо знаю, что делать, чтобы заговорил мой внутренний голос.