молитва о всех мамах

1
Господи,
всемогущий,
всепрощающий,
всеблагой!
Всё в Твоей руце.
Так спаси и сохрани
на долгие и счастливые годы
мою ненаглядную маму
и всех мам Земли.      (всех мам на свете!!)
*

2
Мама.
Ма! Ма!
Мамочка...
Мне всё чаще и чаще снится один и тот же сон.
Он приходит, когда сворачиваюсь калачиком, складываю «крестиком» ноги и руки.
И засыпаю...

Как тепло, уютно и хорошо!
Только тесно.
Но можно немного вертеться и даже поворачиваться.
В глазах - радужные круги, сеточки, а иногда мерцают звёздочки.
Из животика у меня тянется небольшой канатик - это моя связь с мамой. Иногда, правда, он скручивается петлёй и поднимается до уровня глаз. Это меня пугает. Тогда стараюсь оттолкнуть «канатик» от лица - чтобы не обкрутил меня.

Но все мои страхи становятся смешными, когда маме что-нибудь очень приятно.
Тогда мне приятно вдвойне...
И я уже люблю, находясь в утробе матери.
Чувствую её дыхание, плоть и радостный голос.
Ловлю каждое лёгкое поглаживание живота её теплою нежной рукой.
Господь дал мне жизнь.
Но самое главное, что подарил мне Он - это право любить.
И мама - первая, кого так чисто, светло и безоглядно люблю.
Люблю пока ещё неосознанно.

Да, вот ещё что: я всё-всё про неё знаю.
Знаю, что именно вкусное, сладкое или кисленькое она ест. А на огурчик маму потянуло из-за меня - это уж точно. Я попросил: нежно погладил рукой.
Знаю, какую музыку любит слушать. А, может быть, она слушает эту дивную музыку для меня?

Особенно люблю самые первые из обычных ежедневных движений.
Поначалу всё вокруг тихо и загадочно. Но стоит особенным образом пошевелить пальчиками, как мама сразу же чувствует это и просыпается. Ощущаю, как она потягивается со сна. Как осторожно поворачивается вокруг меня в своей уютной кровати. И тогда весь мир медленно, осторожно вращается вместе с нею. Будто я - центр вселенной.

И моя душа чувствует, что «даётся на сохранение» в самые надежные и ласковые на всём белом свете руки.
Волшебные мамины руки.
А когда они вдруг начинают поглаживать мою спинку - то просто кричу от радости и щекотки.
Но иногда на некоторые прикосновения мне хочется брыкаться!

А в общем-то мама удивительно спокойна: чувствую, что ничегошеньки не боится. Движения всегда плавны и неторопливы. К тому же она много спит. В эти долгие часы берегу её сон как умею.
Ничем-ничем в такое время не беспокою.
Но, честно говоря, я сам быстро засыпаю и понятия не имею, что происходит чуть подальше - на расстоянии вытянутой руки.

... И вот мне наскучило сидеть взаперти. Всё сильней и сильней начал «проситься на прогулку». И мама меня услышала.
Мой уютный скользкий домик весь как бы напрягся.
А потом начал сильно-сильно сжиматься и разжиматься.
Кто-то потянул меня за ножку и ловко перевернул точно головою вниз. Когда я попытался вернуться в исходное положение - «встать на ноги», то мои сложенные «крестиком» ручки немного попридержали. Я так и остался в положении вниз головой.

Вдруг всё изменилось.
Обильная прежде влага куда-то отошла. Вокруг стало сухо. Некие могучие силы начали сильно, настырно толкать в ужасно тесный проход.
В первый момент как мог сопротивлялся, упирался коленками и локтями.
Ведь неизвестно, есть ли там выход.
Или всё же тупик?
Но потом начал как бы "тужиться", упираться ножками и помогать маме.

Затем кто-то ужасно сильно сжал голову. И вдруг по глазам - нестерпимо яркий свет, а в легкие ворвалась волна разрывающего их воздуха.
Резкая боль во всех точках тела!
Шлепок в попку - и я неистово закричал. Запросился обратно - в свой домик, где всё так тихо и мирно.
Кто же это у нас так сильно орет?! Ба! Да это же я!
Стыдно, батенька...

На меня непрестанной лавиной продолжают обрушиваться всё новые и новые шумы и запахи, чужие движения и грубые прикосновения.
Постепенно догадываюсь, что начинается совсем новая, загадочная, ещё неизведанная жизнь.

А маму мою буду любить и в младенчестве, и в детстве, и когда вырасту.
Это корневое глубинное чувство выражается в желании постоянно её видеть.
Наслаждаться теплом её тела.
Вкушать материнское молоко.
Видеть склоненное ко мне милое, доброе лицо.
Чувствовать устремленный на меня улыбающийся ласковый взгляд.

Эта любовь - самая первая.
Но она - самая большая, захватывающая сердце и душу.
Это - любовь к матери-женщине, которая явила меня на Свет Божий.
И любовь эта не угаснет никогда, освещая мне путь среди ночи и джунглей.

И ещё. Солнышко внутри у человека, тогда и редкие тучки не страшны.
Думаю, это прекрасно знает каждая мама.
*

3
Моё молодое сердце странно завибрировало и внезапно остановилось.
Даже не успел: Ма-ма-ааа, прости!
Буквально за несколько мгновений вечности до этого ещё живой мешок с костями, жидкостью и требухой неведомой силой был вырван из уютного переднего сиденья автомобиля.
Какие подушки безопасности?
Вы шутите?
Череп мгновенно пробил лобовое стекло.
Затем бренное тело пролетело-прокатилось-волчком провертелось некоторое расстояние и рухнуло в лопухи далеко за обочину совершенно пустынного загородного шоссе.
Молодёжь, оказавшаяся во встречной машине, и очаровательная девушка, намедни буквально выцыганившая руль моего авто, также были мертвы.
Но лично для меня этот факт уже не имел большого значения.
Как говорится: сгорел максим...

Прошло неспешное время.
Так, говорите, этот поэт ...того ряда пророчил, что сгинет безвестно в чреве отчизны своей саблезубой, жестокой и ржавой?
Ну, ну.
Все клеточки моего организма напряглись, затрепетали и начали понемногу умирать и разлагаться.
Процесс этот шёл медленно-мед-лен-но, но необратимо.
Первыми начали "засыпать" мозговые клеточки.
Мозг перед тем, как окончательно отключиться словно позаботился о том, чтобы другие органы и части тела перестали ощущать ужас боли и даже дискомфорт.
Просто тело постепенно становилось чужим.
Деревенеть.
А моё "эго", напротив, начало метаться, не находя себе места и желая зацепиться хоть за что-нибудь.
Протиснуться хоть в какой-нибудь "живой уголок".
Оно явно не хотело расставаться с отчуждающейся, но такой привычной оболочкой.
А вот выбирать-то этот уголок оказалось почти не из чего.
Жизнь чуть теплилась только в тонкой хордочке в позвоночнике.
Вот эта трубочка-полость внутри нескольких позвонков и оказалась моим последним тоннелем-прибежищем.

Оставлю за кадром сугубо процедурные вопросы попыток реанимации и последующих похорон.
Сколько же времени прошло?
До бог его знает.
Внезапно почувствовал, что обрёл совершенно новое, довольно длинное гибкое тело.
Возможно, оно выглядело весьма неприятным внешне, но выбирать в этой ситуации не приходилось.
Нужно было "брать" то, что давала в сей миг судьба.
И вообще пора понемногу выбираться из остывшего и уже не нужного старого "жилища".
Поэтому вначале неуверенно, но потом всё быстрее и быстрее прополз между прохладных скользких органов и рёбер собственного скелета, пока не зная конечной точки моего путешествия.
Постепенно я приобрёл в новом качестве определённую сноровку, а затем и ловкость, которая стала предметом гордости, когда ближайшая цель на пути к свободе оказалась достигнутой.
Теперь я был червь.
Моё прежнее тело потерпело поражение в жизненной битве.
Это нужно безусловно признать.
Увы.
Но моё "эго" сохранило себя и продолжало быть живым существом.
Пусть в совершенно новой и непривычной оболочке.

Итак, я полз вперёд.
Мне страстно хотелось выбраться наружу.
Вдохнуть свежего воздуха.
Глотнуть хоть немного свободы.
Потыкавшись и, наконец, найдя отверстие, я выскользнул из ставшего уже не нужным мёртвого тела.
Когда выбрался на вольную-волю, то поразила новизна внезапно открывшегося мира.
Мне, обретшему новое качество, вначале всё казалось непривычным и удивительным.
Предрассветная прохлада.
Лёгкий ветерок.
Новые неведомые звуки.
Выворачивающие нутро ароматы трав и цветов, перемешанные с запахом сыроватой земли.
Решился и однажды заполз куда-то высоко-высоко.
Мне открылись мощь и величие зелёного мира вокруг.
Но всё же скользкому и холодному телу недостало ловкости в какой-то момент удержать равновесие.
Неожиданный порыв ветра сбросил меня прочь с бугорка и прижал к земле.
Ясно-понятно, что старая и громоздко-обременительная телесная оболочка в новой жизни была не нужна.
А новая оболочка жаждала влаги.
К тому же в первом луче восходящего солнца я нутром учуял опасность смертельной сухости.
Поэтому, извиваясь и набирая скорость, ловко заскользил по неведомой и пока чужой земле.
Я сразу же понял, что где-то близко должна быть вода.
Солнце начало пригревать.
Мысль: засохнуть, вновь погибнуть, так и не достигнув водоёма, была нестерпима.
Вы понимаете, что значит жажда жизни?
Не аппетит к жизни, а именно жажда?
Нужно было во что бы то ни стало уцелеть, остаться живым существом.
И началась новая жизнь - новая борьба - с новыми вызовами - с новыми опасностями - с новыми неожиданными врагами. 
Тихий шелест текущей воды я услышал внезапно и сразу же пополз на этот звук.
Мои  движения были экономными, но быстрыми.
Нужно было опередить солнце с его безжалостно палящими лучами.
Неуёмная жажда жизни подстёгивала меня.
Я спешил.
Но солнце могло оказаться быстрее.
Я полз, извиваясь, огибая травинки и "складываясь в гармошку" для каждого нового броска на ровной поверхности.
Затем резко распрямлял тело, рывком бросая себя как можно дальше.
Вожделенная влага была уже совсем близко.
И вдруг я увидел Его...

Он был словно напоминание о моей прежней телесной оболочке. Только пока ещё живой.
Его гигантская тень на мгновение затмила палящее солнце.
Внезапно почувствовал резкую боль в нижней части тела и невозможность двигаться вперёд, к воде.
И я начал яростно извиваться, осознав, в чём дело.
Он придавил своим ботинком мою нижнюю половину.
Заметил ли Он меня?
Думаю, что заметил, но не сразу. И уж тем более сам Он ничего не почувствовал.
Разрывающая боль была только во мне.
Он вдруг присел на корточки и зачем-то начал разглядывать меня. Вернее, мою верхнюю здоровую половину.
Потом сорвал травинку и больно хлестанул меня.
Хотя Ему казалось, что только чуть-чуть ею ко мне прикоснулся.
- Ну что, извиваешься, червь? Жить, наверное, хочешь?
Моё "эго" возопило в ответ: "Не трогай меня, пощади! Я живой. Я такой же как ты. Вернее, был таким совершенно недавно: был молодым и красивым. И вот что осталось теперь: инвалид."
Увидев мои отчаянные телодвижения, Он чуть-чуть поразмыслил, помедлил. Потом сплюнул.
- Ладно, живи помаленьку.
Встал. Поддел меня носком башмака.
И я, спружинив в воздухе, полетел, обессиленный, как раз в направлении спасительного водоёма.
Значит, буде жить, курилка!
Смерть отпустила, разжав пальцы.
Зачем?
*

4
Две краткие вспышки.
Миг Рождения
и миг Смерти.
Это и есть
человечья жизнь?


Рецензии
Спасибо, Игорь! Начала читать о Пушкине, и, по указанной ссылке, оказалась на страницах «молитвы о всех мамах». Если честно, написано так глубоко, проникновенно, что,я, сразу, даже, и комментировать не могу!Просто отозвалась, на прочтение великолепной Прозы! С уважением и благодарностью, Лидия.

Лидия Сидорова 2   20.05.2020 16:32     Заявить о нарушении
Лидия,
спасибо за внимательное прочтение,
за высокую оценку.

За "проникновенность"
отдельная благодарность.

С уважением,

Игорь Влади Кузнецов   22.05.2020 16:34   Заявить о нарушении
На это произведение написано 136 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.