Сижу в Холодке я поддатый...
Там бард наш - Семёныч играл,
Там бывший геолог лохматый
Мне много чего рассказал.
Всё продано, кто-то с наваром,
А нам остаётся лишь пить.
И каждый соседа базаром
Стремится своим загрузить.
Сосед говорил - я не слушал.
О том, что пожары кругом,
Но вдруг он задел мою душу,
Как будто плеснул кипятком.
"Тайга,-он сказал,-это песня,
Которую больше не петь.
Поэтому пей, хоть залейся,
С тайгой бы от спирта сгореть!
Там мрак и листва, словно сети,
И чище тех мест не сыскать.
Я помню, любил вольный ветер
На сопке со мной поиграть.
Торгует тайгой недоносок,
Все жжёт ради прибыли сноб.
Я б даром из наших берёзок
Скроил ему новенький гроб.
В запое сегодня - неделя.
В кармане моём - нифига.
Я знаю, умру от похмелья,
Когда догорит вся тайга."
Сидел в "Холодке" я поддатый.
Там бард наш - Семёныч бывал.
Там бывший геолог лохматый
Мне душу свою открывал.
Сидел, словно перед дилеммой:
Уйти или водку допить?
Здесь каждый соседа проблемой
Стремится своей загрузить.
2002 год
Свидетельство о публикации №109070701032