Мотылёк

На простыне распластанный, как мотылёк,
Лежал в палате мальчик двух годов.
Измученное худенькое тело
От синяков и ссадин всё его горело.

На животе его зияла рана
От сигареты взрослого вандала.
Вздымалась грудь его, как бледная мембрана,
И физраствор сочился в вену из стакана.

От избиений потеряв сознанье,
Как нам в укор, лежало это хрупкое созданье.
И жизнь его была на волоске от смерти,
Душа над ним витала в круговерти.

И вопрошала удивлённо к нам:
«Ну, что плохого сделала я вам?»
И лишь Господь его стенанья слышал
И на груди младенца светлый крестик вышил.

Его мучители – родная мать
И «друг» её – сожитель.
Ну, как такое может быть,
Вы мне скажите?

На лицах их - ни капли состраданья,
Один лишь страх в преддверьи наказанья.
Назвать людьми их было б много чести,
В геенне огненной гореть им, видно, вместе.

И мысль одна мне не даёт покоя:
Как можно было совершить с дитём такое?
Ведь даже зверь детёнышей лелеет.
Ну, отчего же человек так сатанеет?

В который раз я задаю себе вопрос:
Когда ж любовь и доброта у нас пошли вразнос?
Когда отринули заветы мы Христа,
И кто святых угодников теперь занял места?

Как я б хотел, чтоб в кроху – «мотылька»,
Как дух, вошла небесная струя,
Чтоб ожил он и улетел
В далёкий солнечный предел.

Чтоб там познал тепло и свет,
И жил в любви, не зная бед.
Чтоб он забыл кошмар земной,
Что именуется «семьёй».   

      09 апреля 2009