Про Мишку

В тяжелое для нашей страны время, в начале 90-х годов, мой двоюродный брат Мишка женился. Жил он у жены, попутно учился в вечернем институте, денег в семье катастрофически не хватало. Молодая жена тоже училась и работала. Теща сидела дома на пенсии. Пес, прирожденный дворянин по имени Тимофей, от безделья весь день по квартире гонял пуфик, который считал своим сексуальным партнером. Когда приходили гости, Тимофея старались закрыть вместе с пуфиком в соседней комнате, дабы не смущать гостей его сексуальными привычками. Все дело в том, что частенько от радости созерцания гостей Тимофей переключался с пуфика на ноги посетителей, совершал неприличные движения корпусом и вводил гостя/гостью в немой ступор.
Устроился Мишка на подработку по ночам на Мясокомбинат – водителем. Платили  маловато, зато иногда Мишке в качестве компенсации давали брикеты  мяса. Однажды зимой Мишке перепал особенно большой брикет. Точнее, целая коробка с прессованным мясом. Кое-как дотащив до дома огромную коробку, он понял, что в холодильник сие сокровище не помещается. Мясо было заморожено одним цельным куском. Мишка с полчаса ломал голову, куда разложить провиант, и ничего лучше не придумал (а дело было поздним вечером), как выйти во двор, выкопать яму, положить туда брикет и засыпать сверху снегом. Жил Мишка на третьем этаже, поэтому мясо было относительно под надзором. Поскольку Мишка страшно устал, отработал смену, пер на себе огромную тяжеленную коробку, копал яму, естественно, повалился спать и заснул мертвецким сном с чувством выполненного долга. Он себя ощущал добытчиком и кормильцем жены, тещи, дворянина Тимофея. Проснулся Мишка под утро от чавкающих звуков за окном. Подлетев к окну и выглянув вниз, кормилец тихо осел. С ним случилась фрустрация. Мишка понял, что к партии гринписькиных он себя больше не относит. Перед его очами приличная стая здоровенных дворняг пировала его, Мишкиным, мясом. Яма давно уже была разрыта, кое-кто из дворняг больше жрать не мог и лежал рядом, две или три с раздувшимися боками продолжали есть впрок. Неподалеку сидела парочка котов, ждущих своей очереди. Несколько ворон, рассевшихся вокруг на деревьях серыми комками, жадно смотрели вниз, ожидая своей очереди. Мишка понял, что лично накормил всю живность микрорайона. В горле у него булькал непереводимый русский фольклор. А тут и теща проснулась. У многих с тещами складываются эксцентричные отношения, Мишка с тещей были не исключением. Теща пожизненно считала, что ее дочь достойна лучшего мужа. У Мишки и так был целый букет: он поссорился со своими родителями, а родительница избранницы желает видеть его в гробу! Мама жены подошла к окну и констатировала:
– Какой же ты, Миша, ДУРЕМАР! Все мясо – псам под хвост!
Для Мишки тещины слова были – как удары клювом в кору головного мозга.
На дрожайшую маму супруги Мишка смотрел, как экспериментальная собака на академика Павлова, и был готов в любую секунду убежать в форточку. Легко умереть за что-то. Тяжелее ради этого жить... А еще Михаил подумал: – Что холостому хорошо, то женатому смерть: или жена убьет, или теща, или сам умрет от инфаркта…
С грустью смотрел он вниз на расползающихся собако-свиней, на слетающихся к остаткам пиршества ворон, на мяукающих голодных котов.
– Хоть эти сыты, – буркнул Мишка и нелитературно выругался.
У тещи сегодня был праздник. Глаза ее блестели неугасимым огнем, изо рта капал яд. Мишка был повержен и как кормилец, и как муж. На самом деле, ничто так не мешает радоваться жизни, как сама  ЖИЗНЬ.