Пигмалион - из цикла Архетипы

В тени олив, на берегу Эллады,
Под шум прибоя, у подножья скал,
Пигмалион немало суток кряду
Из мрамора невесту создавал.
Глядел он на неё, дышать не смея,
Он был готов её боготворить:
- Любимая, родная Галатея!
Мне без тебя теперь никак не жить!
Как быть? Моя душа навек разбита.
О Боги, сжальтесь! Умоляю вас!
И улыбнулась грустно Афродита,
И оживила статую тот час.
О это нежно-мраморное тело!
Прикосновенье губ, как дивный сон.
А этот взгляд, наивный и несмелый...
- Царица, - прошептал Пигмалион. -
Всё для тебя! Приказывай, родная:
Сиянье звёзд, хрустальная вода...
- Постой, - она прервала, - я желаю
Красивой и богатой быть всегда.
Купи мне пеплос, как у Афродиты,
И диадему, а ещё - браслет.
Не хмурься милый! Не люблю сердитых.
Неужто мне сказать посмеешь: "НЕТ"?
Он не посмел. Он, рук не покладая,
Работал в мастерской и день, и ночь.
Чтоб знала Галатея дорогая,
Как он готов всегда, во всём помочь.
Нежнейший пеплос стан окутал тонкий,
И на запястьях - отблеск янтаря.
А что в награду? - Смех призывно звонкий:
Пигмалион! Старик ты для меня!
- Какой же я старик? Не серебрили
Года мои усталые виски.
От мрамора следы остались пыли
И по тебе сгораю от тоски!
Хочу тебя я заключить в объятья,
Меня волнуют голос твой и стан.
- К чему это? Помять ты можешь платье,
Ты не творец. Ремесленник! Мужлан!
И, бросив гордый взгляд, расправив плечи,
Под шум прибоя у отвесных скал,
Она ушла в прохладный летний вечер,
А он в недоумении стоял.
Он провожал её безумным взглядом,
Он дни и ночи погибал в тоске.
А после... вновь на берегу Эллады
Ваять невесту начал на песке.
И снова - эти мраморные плечи
И нежный взгляд, надежды и мечты...
И захотелось петь, и стало легче
От созерцанья этой красоты.
И Афродита снова улыбнулась,
Его услышав страстную мольбу.
Скульптура ожила и встрепенулась
На счастье ...или снова на беду?
- Мой господин, - шептала Галатея, -
Моя любовь, мой муж. отец и мать!
Приказывай! Я для тебя сумею
Всё то, о чём не смеют и мечтать!
Ляг, отдохни в тени густой оливы.
Тебе омою ноги я сама.
Вот масло розы для тебя, любимый,
А вот и чаша терпкого вина.
И потянулся дней поток безбрежный
В любви, в заботе... Что ещё желать?
Но этот стан и этот голос нежный
Вдруг начали ужасно раздражать.
- Давно я вырос из пелёнок, фея!
Твой светлый образ в сердце сберегу.
Придётся нам расстаться, Галатея.
Прости, не плачь, я больше не могу!
И с новой силой взялся он за дело.
Пигмалион был скульптор хоть куда!
Работал он с душой, и тело пело -
Вот-вот родится новая звезда!
И родилась: лицо росой умыто,
И нежный взор его манит опять.
И вышла вновь из пены Афродита,
Но не спешила чудо сотворять.
Она смотрела долго и печально,
В сомненья и тоску погружена,
- Пигмалион! Жизнь человека - тайна.
Нечасто открывается она...
- Не продолжай, - он горько улыбнулся,
Задумался и повернул назад.
Он в руки молот взял и размахнулся,
И в брызгах мрамора разбился странный взгляд.



Иллюстрация из Интернета:Эрнест Норман: "Пигмалион и Галатея", 1886 год.