Я склонюсь к этой прядке седой...
я губами приникну к руке.
Я ведь, мама, совсем молодой,
был на Невском убит пятачке.
Так же в небе светила луна,
разве может — немного грустней,
потому что минута одна
оставалась до смерти моей.
Я надеялся, что — пронесёт,
и орал исступлённо «ура»,
как и все, устремившись вперёд,
где окапывалась немчура.
Мама, мама, прости за беду!
Ведь уже столько лет, как живой,
я в атаку со всеми иду
и клонюсь к этой прядке седой...
1985г.
Свидетельство о публикации №109050700728