Это случилось внезапно
в полумраке концертного зала:
кто-то подвёл ко мне очень близко
английского мальчика Джонни.
Он жил давно: может быть, в тридцатых,
может быть, чуть позже, а сейчас он мёртв.
Но Боже мой, какой красивый,
какая музыка, Боже мой!
Какая компания была у них там,
они жили в Америке, сочиняли музыку,
у них были девушки, по вечерам
они собирались, и я подумала,
что мне хорошо бы куда-то уехать
или броситься с третьего этажа.
Я вышла на улицу – и я поняла:
это было наваждение: кто подвёл
ко мне так вплотную, что я задохнулась
душу
этого мальчика Джонни?
А здесь, на улице – синее небо,
зелёное пламя страны Мурохаммы,
которое есть духи трав ласкающих,
духи трав, сменяющихся среди лучей.
Им также легко оставаться на месте,
как маленьким молниям фиолетовым
летать стремительно, быть вестниками
священной, о Господи, воли Твоей.
В Страстную Пятницу людям грустно.
В Страстную Пятницу бушуют грозы.
Души должны быть омыты дождями,
омыты слезами.
II
Целый район потонул во мраке.
Здесь даже пятницы не бояться.
В час, когда Дьявол – на колокольне,
что делать неукреплённым домикам?
Маленьким комнаткам, а тем более
домам с колоннами и балконами,
с высокими арками, с огромными комнатами?
Новым домам с подобием стиля?
Души домов своей красотою
вызовут в Дьяволе месть и злобу.
Здесь каждой стене нужны образа.
А здесь живут простые люди,
думают о деньгах, покупают мебель,
и не бояться ничего никогда.
III
В Страстную Субботу глубокой ночью
маленькие эльфы начинают звонить
в тихие колокольчики.
Они летают между деревьев
и между зелёных огней Арашамфа,
и незаметно совсем понемногу
нарастает звучанье.
Ещё гроза не успела исчезнуть,
и фиолетовым свод окутан.
В мире прощённых, на первом небе,
души – как люди.
Словно скрестились в едином танце
Царь Ирудрании, Зевс великий,
души Фальторны, цветы полевые,
словно пронзили их цвета блики.
И созывал всех людей в хороводы
благовест светлый ночной Субботы,
и каждое небо дышало молитвой,
и люди с цветами вместе молились.
апрель 2000
Свидетельство о публикации №109050506743
