У. Шекспир. Сонеты 5-8

         СОНЕТ 5

Вот час за часом аккуратно обрамляют
Картину славную, что радует всем глаз;
Тирана одного другой тиран сменяет,
И превосходство прошлый пришедшему отдаст.
Гонимо лето временем – ему чужда усталость –
К таинственной зиме, чтоб затаиться там,
Где сок замёрз в ветвях, листвы уж не осталось,
Природа ж обнажённая вся отдана снегам.
И остаётся нам от сути лета бренного
Нежнейший пленник грубого стекла,
Чья красота – как память о красоте потерянной,
О том напоминание, что всё ж она была.

Но всё ж живут цветы, хоть встретились с зимой,
У них лишь вид потерян, но их позыв – живой. 

 
          СОНЕТ 6

Не позволяй зиме затмить рукой костлявой
Свет лета твоего до той поры, покуда
Ты не обогатишь священного фиала
Своею красотой, чтобы свершилось чудо.
И нет запрета на такие траты,
Что осчастливят давшего в заём;
Ты сам себя умножишь многократно,
В десятки раз счастливей став потом.
И будучи счастливей, чем сейчас,
Коль повторишь себя в дести других:
Что сможет смерть, когда в свой смертный час
Ты жить останешься в наследниках своих?

Не своевольничай, хорош ты слишком, чтоб
Тебя наследовали черви, смерть и гроб.


           СОНЕТ 7

Глянь на восток, когда свет благодатный
Вздымает голову горящую свою;
Его явление приветствуют все взгляды,
Величию священному почтенье воздают.
И он, на кручу неба забираясь,
Похож на юношу, что смел и полон сил;
И взгляды смертных на его красу взирают,
На блеск златой, которым он всех их осветил.
Когда же с высоты, в поблекшей колеснице,
Как дряхлый ветеран, он спустится к ночи,
Почтенье пропадёт и отвернутся лица
От павшего так низко, что стал слабей свечи.

Вот так, пока ты своего зенита не покинул,
К закату не клонись, здесь не оставив сына.
 

               СОНЕТ 8

Вот музыка, но почему ты внемлешь ей с печалью?
Ведь радость радовать должна, как сласть – сластить.
Зачем же с удовольствием докуку ты встречаешь,
Иль любишь то, что вовсе не рад был получить?
И коль созвучье ладное сих звуков сокровенных,
В союзе единённых, твой оскорбляют слух –
Они лишь чуть журят тебя за убежденье,
Что должен в одиночестве ты содержать свой дух.
Заметь, как та струна – то чей-то муж, звук главный –
С другими струнами звучит в порядке зрелом;
Словно отец и мать, а с ними чадо славное,
Как будто триедины, поют ту песнь умело.

В той песне бессловесной все струны заодно
Поют тебе: «Один ты не докажешь ничего».