***
И в инее стоят, качаясь ели...
Я в доме на Рублевке, как мимоза.
И в евроокна холода влетели.
Под желтым пледом греюсь у камина.
Читаю Бродского, записываю рифмы.
Святая Пасха, а весна гонима.
В ней кровь продрогла и бледна, как лимфа.
И ты уехал, бросил, снова нечет...
И не откупишься серебренников горкой.
А дом наш без тебя, постылый кречет,
Мне кажется таинственной каморкой.
И одиночество накрыло душу.
Терзает клювом на высоких елях.
Качается,заламывая душит
Мою тоску,в своих когтях метелит...
Свидетельство о публикации №109042506684