Писать стихи — отрадно, нелегко,
и положить слова на вдохновенье,
из тёмных рудников добыть тепло,
где мысль отпразднует рожденье.
У слова есть запах и цвет,
палитра его непроста.
Не первый год ищу ответ,
читаю, играю с листа.
Настроюсь с душой в унисон
и, бережно строчки сплетая,
боюсь спугнуть волшебный сон,
мечту словами окрыляя.
Писать стихи, отрадное влеченье!
© Copyright: Сергей Любарский, 2009
Свидетельство о публикации №109040702718
Свидетельство о публикации №109040702718
Рецензии
Стихотворение Сергея Любарского — это тонкое размышление о природе поэтического труда. В нём поэзия показана не как лёгкое украшение жизни и не как механическое складывание рифм, а как внутреннее усилие, требующее слуха, терпения, душевной настройки и бережности.
Уже первая строка задаёт точную интонацию:
> Писать стихи — отрадно, нелегко
В этой формуле соединены радость и труд. Автор сразу уходит от упрощённого представления о стихах как о приятной игре. Писать стихи — отрадно, потому что это даёт душе возможность звучать. Но нелегко, потому что слово нужно не просто найти, а добыть, услышать, положить на вдохновение.
Очень выразителен образ:
> из тёмных рудников добыть тепло
Поэт здесь похож на рудокопа, который спускается в глубину — в память, переживание, молчание, внутреннюю тьму — и выносит оттуда не камень, не металл, а тепло. Это важная метафора: настоящее стихотворение рождается не на поверхности, а в глубине человеческого опыта.
Вторая строфа раскрывает отношение автора к слову как к живой материи:
> У слова есть запах и цвет,
> палитра его непроста.
Слово у Любарского не является только знаком или смысловой единицей. Оно обладает телесностью, оттенком, звучанием, почти живым присутствием. Его можно почувствовать, как запах; увидеть, как цвет; услышать, как музыкальную фразу. Поэтому строка:
> читаю, играю с листа
естественно переводит разговор о поэзии в область музыки. Стихотворение становится не просто текстом, а партитурой внутреннего состояния.
Финальная строфа особенно удачна по настроению. В ней появляется осторожность перед тайной вдохновения:
> боюсь спугнуть волшебный сон,
> мечту словами окрыляя.
Здесь поэт не властвует над стихом, а прислушивается к нему. Он не заставляет мечту говорить, а помогает ей обрести крылья. Это очень точное ощущение творческого момента: вдохновение хрупко, его нельзя грубо схватить, можно только настроиться с душой в унисон и бережно сплести строки.
Главная сила стихотворения — в его камерности и искренности. Оно не стремится к громкому эффекту, не спорит с миром, не драматизирует автора. Оно говорит о самом главном для пишущего человека: о доверии к слову, о внутреннем слухе, о трудной радости творчества.
Это стихотворение можно прочитать как маленький поэтический манифест. В нём ясно звучит мысль: поэт не просто пишет строки — он добывает тепло из глубины, настраивает душу, слышит цвет и запах слова, а затем осторожно окрыляет мечту.
Сергей Любарский 10.07.2026 21:17 • Заявить о нарушении
Уже первая строка задаёт точную интонацию:
> Писать стихи — отрадно, нелегко
В этой формуле соединены радость и труд. Автор сразу уходит от упрощённого представления о стихах как о приятной игре. Писать стихи — отрадно, потому что это даёт душе возможность звучать. Но нелегко, потому что слово нужно не просто найти, а добыть, услышать, положить на вдохновение.
Очень выразителен образ:
> из тёмных рудников добыть тепло
Поэт здесь похож на рудокопа, который спускается в глубину — в память, переживание, молчание, внутреннюю тьму — и выносит оттуда не камень, не металл, а тепло. Это важная метафора: настоящее стихотворение рождается не на поверхности, а в глубине человеческого опыта.
Вторая строфа раскрывает отношение автора к слову как к живой материи:
> У слова есть запах и цвет,
> палитра его непроста.
Слово у Любарского не является только знаком или смысловой единицей. Оно обладает телесностью, оттенком, звучанием, почти живым присутствием. Его можно почувствовать, как запах; увидеть, как цвет; услышать, как музыкальную фразу. Поэтому строка:
> читаю, играю с листа
естественно переводит разговор о поэзии в область музыки. Стихотворение становится не просто текстом, а партитурой внутреннего состояния.
Финальная строфа особенно удачна по настроению. В ней появляется осторожность перед тайной вдохновения:
> боюсь спугнуть волшебный сон,
> мечту словами окрыляя.
Здесь поэт не властвует над стихом, а прислушивается к нему. Он не заставляет мечту говорить, а помогает ей обрести крылья. Это очень точное ощущение творческого момента: вдохновение хрупко, его нельзя грубо схватить, можно только настроиться с душой в унисон и бережно сплести строки.
Главная сила стихотворения — в его камерности и искренности. Оно не стремится к громкому эффекту, не спорит с миром, не драматизирует автора. Оно говорит о самом главном для пишущего человека: о доверии к слову, о внутреннем слухе, о трудной радости творчества.
Это стихотворение можно прочитать как маленький поэтический манифест. В нём ясно звучит мысль: поэт не просто пишет строки — он добывает тепло из глубины, настраивает душу, слышит цвет и запах слова, а затем осторожно окрыляет мечту.
Сергей Любарский 10.07.2026 21:17 • Заявить о нарушении
На это произведение написано 6 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.